1. Денежная политика Китая
Народный банк Китая выпустил данные о балансе за декабрь. Он растёт быстрыми темпами второй месяц подряд, что заставляет забеспокоиться и задать вопрос: «Что такого знает партия и к чему она готовится?». С 2008 года такие темпы были всего один раз, в начале 2014 года. Напомним, как трясло рынки в течение полутора лет с осени этого года на примере нефти и шанхайского индекса акций.
Кредитный импульс в экономике Китая остаётся высоким, но если взглянуть на его график:
видно, что он достиг высот 2013 и 2016 года, перестал расти в ноябре и начал снижение в декабре. Судя по всему, партия осознаёт, что дальше накачивать экономику деньгами не следует и планирует если уж не снижать кредитный импульс, то точно не наращивать, рисуя четвёртый зуб на изображённой пиле. Моя "эконометрическая" модель, предсказывающая изменение импульса с точностью 75% (на исторических данных), прогноз не даёт второй месяц.
Из того, что сейчас широко о Китае не обсуждается, напомним, что в 2016-2017 годах на фоне ослабления юаня, партия начала бороться с экспортом капитала из страны, запретив инвестиции в непроизводительные активы, ограничив траты граждан за рубежом, и даже напрямую приказывая продавать престижную недвижимость на Манхэттене.
Как в последние месяцы пишет Michael Pettis (уважаемый экономист, работающий в Пекине), эта политика вместе с удорожанием юаня развёрнута на 180 градусов. Последствия для мировой, да и для российской экономики, видимо позитивные – больше китайского капитала, выше цены активов и т. д.
1. Рынки
Цены акций азиатских морских транспортных компаний бурно росли в последние месяцы, кто-то удвоился, кто-то утроился вслед за ростом ставок на перевозку грузов (наверное людям в локдаунах особо нечем заняться кроме онлайн покупок, вот и покупали на свеженапечатанные резервные валюты азиатские товары). Сравним индекс S&P500 и, к примеру, японскую компанию Mitsui O.S.K.
Японцы послужили прекрасным лидируюшим индикатором как на входе, так и на выходе из весеннего рыночного кризиса. Сейчас они резко падают.
Кратко упомянем также о несколько эзотерическом анализе финансовых рынков с точки зрения денежных потоков, определяемых поведением крупных маркет-мейкеров в продуктах, связанных с S&P500. Не будем вдаваться подробно, о чём они говорят, и почему Volga, Vanna и Charm существенным образом влияют на поведение крупных рынков. В двух словах, чаще всего, наличие крупных опционных позиций заставляет маркет-мейкеров при хеджировании своих портфелей стабилизировать движения рынка, продавая акции на росте и покупая на падении.
Сейчас, по их словам, с истечением опционных позиций, открытых в связи с выборами в Джорджии и инаугурацией Байдена, этот фактор на короткое время исчезает, и привычное “BUY THE DIP”, “THERE IS NO ALTERNATIVE” может и не сработать.
1. Портфель
Почти пуст, за исключением небольшой длинной позиции в волатильности, открытой в связи с вышеописанной обстановкой и палладия, который уже несколько месяцев топчется на месте. До конца месяца есть время чтобы последить за тем, что происходит на рынках и в экономике и совершить (а может и не совершать) покупки или продажи.