Начало пролога здесь.
***
Женщина терпела пощёчины от тонких веток, спотыкалась о коряги, теряла валенки. Сопела, кряхтела, материлась. Оглядывалась, пряталась за деревьями и прислушивалась.
— Что это? Ты слышишь? Они нашли меня. Я не успею…
Потеряшка вгрызалась жёлтыми зубами в нижнюю губу и обхватывала себя руками. Покачивалась несколько минут. Затем менялась в лице и горячо уговаривала себя не останавливаться. Потом вновь бежала вперёд, сверкая некогда белой, а сейчас уже грязной сорочкой из-под прокуренной телогрейки.
Когда река осталась позади, женщина заметалась меж деревьев, пытаясь найти только ей одной известную метку. С годами это становилось сложнее. Природа безжалостно выкорчёвывала из себя историю, которая привела сюда Потеряшку. Женщина ползала голыми коленями по ковру из сосновых иголок, разгребала обгрызенными ногтями муравейники, переворачивала камни. И вот когда из пересохшего горла уже готов был вырваться крик отчаяния, пальцы нащупали холодную рельсу.
— Ха! Меня не запутаешь! — Потеряшка погрозила пальцем хмурой чаще, куда держала путь спрятанная в траве узкоколейка, а затем, весьма довольная собой, поспешила следом.
— Рельсы, рельсы. Шпалы-шпалы. Ехал поезд запоздалый. Из последнего вагона высыпалось зерно. Пришли куры. Поклевали, поклевали. Пришли гуси. Пощипали, пощипали. — Женщина осторожно перепрыгивала со шпалы на шпалу. — А потом пришёл цыган. Поставил стул, поставил стол и печатную машинку…
Вдали замаячила полуразрушенная стена станции, которой и на картах-то уже нет; поезда, двигаясь по новой широкой колее, огибали этот участок и останавливались теперь прямо напротив дач.
Продолжение следует...
Ознакомительный фрагмент есть на Ридеро!
Чёртов интернат. Роман ужасов.