Чешское кино известно тем, что создало таких авторов, как Милош Форман и Иван Пассер, которые возвестили о крупном движении, начавшемся в 1963 году и продолжавшемся до конца реформ Пражской весны 1968 года. Тем не менее, как показала недавняя выставка в Нью-Йоркском Мома, чешское кино - это нечто большее, чем Новая волна
24 апреля 2017 года
Текст Таннера Тафельски
В истории кино новая волна сияет как маяк в ночи для чешского кино. Когда мы думаем о чешском кино, мы думаем о новой волне и всех кинематографистах, связанных с ней-Милоше Формане, Вере Хитиловой, Яне немце, Иржи Менцеле и многих других. Однако в чешском кино есть нечто большее, чем новая волна. После демонстрации антологии киноархивов в 1990 году и ретроспективы Бруклинской академии музыки в 2006 году чешского кино начала 20-го века Музей современного искусства недавно запрограммировал еще одну итерацию серии для нового поколения нью-йоркских киноманов. Экстаз и ирония: чешское кино, 1927-1943, выделяет 14 фильмов, снятых до или во время Второй мировой войны. Произведения серии демонстрируют глубину и широту чешского кинематографа.
Исторически Чехословакия всегда ценила культуру как национальную идентичность. Поэтому неудивительно, что чехи избрали драматурга Вацлава Гавела своим первым посткоммунистическим президентом-назначение, которое, к сожалению, сегодня кажется неслыханным на Западе. В начале 20-го века Чехословакия обладала утонченным кинематографом наравне с Францией. С популярной и авангардной тенденцией, которые часто сливались воедино, чешское кино процветало. Как отмечает ученый Петер Хамес, чешское кино питали местные авангардные движения, такие как деветсиль ("девять сильных сторон"), а также общеевропейские движения экспрессионизма, сюрреализма и реализма. Ключевые игроки, такие как Тойен, Витезслав Незвал и Карел Тейге, связанные с этими событиями, продолжали работать прямо или косвенно над этими фильмами.