Обычный летний будний день.
Лора проснулась сегодня раньше обычного, до выхода из дома на работу целых два с половиной часа. Она зашла в детскую, пятилетняя дочка спала безмятежным сном, её золотые мягкие как пух волосы, рассыпавшиеся на белой подушке, переливались под летним июльским солнцем, бьющим из окна напротив кроватки.
Лора полюбовалась этой безмятежной картиной, и тихо, с любовью плотно закрыла дверь, малышка в садик не ходила, поэтому будет спать, пока солнце её наконец не разбудит.
Лора успела приготовить сырники, которые так любила её дочка, не торопясь позавтракала, и обнаружила, что времени ещё предостаточно. Этим утром, оно текло и переливалось как- то по особенному, не так как вчера, или позавчера, или неделю назад, оно словно растворилось в утреннем мареве, и медленно уплывало, куда- то туда, в вечность.
Лора всегда уделяла своей внешности излишнее значение, но сегодня ей захотелось быть особенно красивой, чтобы соответствовать своему внутреннему возвышенному состоянию.
Пуфик перед волшебным женским зеркалом и тумбочкой, уставленной всевозможными баночками и помадами заждался свою хозяйку.
Бронзовый легкий тон, покрыл лицо и шею девушки, придав её юной коже ещё большее сияние, дольше всего она корпела над глазами, они были большими красивыми и синими. Лёгкая розовая помада расплылась по губам, бигуди отправлись на свое привычное место в нижний ящик тумбочки, немного ароматного лака на волосы, и о чудо – я сегодня неотразима, обнаружила про себя Лора.
И несмотря на то, что день обещал быть жарким, она достала свою новую блузку с длинными рукавами. Такую модную с объёмным выдающимся воротником широкими манжетами на запястьях, с орнаментом из лиловых и медово-янтарных колокольчиков. Это была абсолютно новая блузка, она аккуратно висела на вешалке уже целую неделю и с нетерпением ждала своего часа. И сегодня утром, он настал. Лиловый цвет, был ей совершенно к лицу, подчёркивая и оттеняя выразительные глаза. Янтарные запонки на запястьях сыграли свой финальный аккорд, в сегодняшнем привлекательном образе этой молодой и красивой девушки.
Ну вот, уже без пятнадцати девять, пора бежать, опомнилась красотка.
И тут прямо перед ней, вырос, её заспанный муж, он никуда не торопился, потому что третий день был в отпуске.
Их нельзя было назвать счастливой гармоничной семьей, у каждого из них была своя жизнь, отдельная от другого.
Лора всегда надеялась на что то лучшее, она считала, что это лучшее, вдруг придёт в её жизнь само собой.
А её муж Григорий – некурящий и не пьющий «очкарик-библиофил», инженер главного отдела института мелиорации, вообще ничего не считал, он просто жил, делал свои инженерные проекты, по вечерам сидел в библиотеках и ездил в командировки. И ещё недавно он купил новый фотоаппарат, фотографировал все подряд, а затем все выходные дни напролет, сидел в тёмной ванной и проявлял свои фототворения.
-У-у-у, какая ты красивая сегодня, и он стремглав помчался за фотоаппаратом.
- Лорик , стой не двигайся ровно три минуты, я сделаю серию кадров. Он щелкал и щелкал, подходил ближе, отходил дальше, а она стояла, устремив взгляд в окно, и думала о чем то главном, о том от чего вдруг щемит сердце, что однажды она состариться, потеряет свою красоту, и даже, о ужас, умрёт…
В тусклой комнате, на гладко застеленной кровати, сидели две женщины, постарше и помоложе – мама с дочкой, несмотря на раздернутые шторы и. зажжённую лампу, в комнате как будто повисла тьма.
На гладко застеленной кровати лежала кипа черно белых и цветных фотографий, их было огромное множество, наверное надо альбомов штук двадцать покупать, чтобы все это разложить и упорядочить, сказала женщина постарше своей молодой дочери, вот что значит отец в молодости фото- искусством увлекался.
Да, и по моему основным его объектом была бабуля, добавила внучка, и в фаз, и в профиль, и портреты, и в полный рост, очень много её фотографий, трудно выбрать.
Да, это точно, согласилась дочь с внучкой, но выбрать все таки придётся.
Телефон многократно и громко запиликал, принимая послания и картинки. Пятидесятилетняя дочь Лоры, взяла свой смартфон и стала рассматривать все входящее.
Кроме портрета своей матери, которая умерла шесть часов назад, от долгой и изнурительной болезни, ей предстояло выбрать гроб и венок. Она тихо плакала в трубку и повторяла – « Нехочу», но ритуальный агент, её вежливо и настойчиво уговаривал, вам придётся это сделать, никто не сделает это за вас.
Наконец то из всей этой кипы было выбрано три фото
- Мне вот эта нравится.
- Нет, здесь у неё глаза
опущены.
- убирай её сразу, осталось две, уже легче.
- давай вот эту, смотри какие глаза, широко открытые, и смотрят куда то вдаль.
-действительно такой взгляд…
Выбираем эту!
Тридцатилетняя мама и бабушка Лора, смотрела на своих любимых девчонок с черно белой фотографии, такая красивая и такая счастливая.
Я помню эту блузку, она ещё янтарные запонки к ним одевала, тогда в семидесятые, это было жуть как модно, она была такая лилово жёлтая, что ли. Вообще мама всегда красиво одевалась, и обожала цветочные духи, от неё всегда приятно пахло, пусть все запомнят её такой молодой и красивой.
Внучка Лоры, задумалась, и обратилась к своей матери :
- мама, а представляешь, вот она тогда давно, прихорашивалась, наряжалась, позировала, и даже не подозревала, что это фото, будет на её могильном Кресте.
Да жизнь она такая, мы никогда не можем знать, что и где нас ждёт, но хотя, кто знает, может она где то там, в глубине своей души что то и почувствовала.