Здравствуйте, дорогие друзья!
Ни для кого не секрет, что сегодня, 18-го января, все мы празднуем шестидесятую годовщину утверждения плана Никиты Сергеевича по реорганизации сельского хозяйства. В связи с этим я решил рассказать про нашего дворника, дядю Петю.
Тем более, что к этому празднику он имеет самое непосредственное отношение, принимал активное участие в окукурузивании средних районов Дальней Азии и даже награждён почётным вымпелом "За заслуги и вообще".
Сегодня утром дядя Петя в честь праздника надел парадную тельняшку, повязал на шею свой знаменитый вымпел и пришёл к нам в гости. Кстати, мне, как хозяину, очень приятно, что дядя Петя выбрал для посещения именно нашу квартиру, даже несмотря на то, что в нашем доме больше никто не живёт.
С собой дядя Петя принёс два пакета пшеничного сока и мандарин. Где он взял мандарин, так и осталось для меня загадкой. Ну, потому что в наших краях мандарины не растут, а в магазин наш дядя Петя принципиально не ходит из-за того, что его туда принципиально не пускают.
Исаак Давидович очень обрадовался гостю и немедленно вылез из холодильника, в котором до этого просидел два дня, находясь под впечатлением от рассказа моей сестрёнки про фильм "Усики Ивана" (или "Уши от Габбана", я опять забыл). Впрочем, об этом я вчера уже рассказывал в рубрике "Вечерний вечер с Дорми".
Подобрев от пшеничного сока, дядя Петя начал рассказывать нам разнообразные интересные истории из своей жизни. Например, оказалось, что в молодости дядя Петя служил на жутко секретной подводной лодке, несколько раз ходил на ней к берегам Люксембурга и уволился в запас в звании капитана главного ранга.
На моё робкое замечание, что такого звания не существует в природе, дядя Петя резонно возразил, что подлодка была очень секретная, а его звание - ещё секретней. А если я, Дорми, этого не понимаю, то и нечего совать свой хобот в калашный ряд.
Ближе к вечеру дядя Петя устал, жестами показал нам, что он очень рад нашему гостеприимству и уснул. Мы уложили его в кладовке, накрыв старыми газетами, и я пошёл на кухню варить манную кашу для Изольды Ромуальдовны. Не знаю, зачем ей каша, но она её точно не ест. Впрочем, спрашивать её об этом - себе дороже.
Василёк, сидевший всё это время под столом по причине душевного трепета перед дядей Петей, наконец-то вышел, сожрал остатки мандарина и отправился охранять сон нашего ветерана. Исаак же Давидович хитро улыбнулся, свернул глазами, подкрутил усы и скрылся в неизвестном для себя направлении.
P.S. Танюша, душа моя, здесь раньше был анекдот, но он не про тебя! И ни в каком лифте я вчера не ездил, и вообще это был не я, честно-честно. А был это Исаак Давидович. Весь вечер он где-то шлялся, потом явился в благостном настроении и слёзно просил меня этот анекдот сюда опубликовать (а потом его пришлось удалить).
Всем добра и отличного настроения!
С любовью, ваш дядюшка Дорми.😉