Двенадцать апостолов
Сонет 1 (Магистрал)
Двенадцать героев глядят сквозь две тысячи лет.
Двенадцать апостолов после вечернего пира
Взирают на жизнь - их глаза, словно очи планет,
Читают своё в пробегающих сполохах мира.
Двенадцать апостолов видят венец на челе,
И кровь человечью - и струны серебряной лиры
Смолкают, а время опять собралось вечереть
На скудном пространстве, что Отча рука подарила.
Двенадцать апостолов знают - закончится век,
Две тысячи лет пробегут по морям, словно волны.
Далёкие дали сумеет познать человек,
А сердце родное своё только болью наполнит.
Но свет воскресает - и в каждой судьбе человечьей
Христос воскресает - и свет продлевается в вечность.
Сонет 2.
Двенадцать героев глядят сквозь две тысячи лет.
Клубятся века, изменяя событья и даты.
Пылает огонь на треножнике, а на стене
Ветвями оливы проносятся тени куда-то.
Не зная своих сочинений — их нет, будто нет, -
Двенадцать поэтов, двенадцать Христовых солдат, да, -
Не зная грядущих мучений, грядущих тенет,
Возводят глаза за Учительским словом крылатым.
Он с ними ещё — и продлится недолгий часок,
Вместивший в себя все незримые трепеты мира.
И вздрогнут оливы, и тени замрут, а песок
Заплачет под сотнями ног, а на донце потира
Останется капля вина, а вокруг — тишина...
Двенадцать апостолов после вечернего пира...
Сонет 3.
Двенадцать апостолов после вечернего пира
Остались одни — а вокруг собрались времена:
Что делать? Ведь порваны струны и сломана лира.
Но музыка вечна — не сломана, не сожжена!
Пускай в ветках масляных брови вздымает луна
И плачет над скромною трапезой, грубою силой
Сметенной — пускай. Времена же сочтут имена
Тех праведных, тех, кто на Небо прошёл сквозь могилы.
Но кто же предатель, и кто же разбил этот кров?
Кто души родные по жаркому ветру развеял?
Предавший Учителя — в сердце ударил Любовь...
Иаков, Андрей, Иоанн, Симон, Варфоломей ли?
Фаддей ли, Филлип ли, Фома, Пётр, Матфей — или нет?
Взирают на жизнь их глаза, словно очи планет.
Сонет 4.
Взирают на жизнь - их глаза, словно очи планет -
О, жизнь! Чем ты нас в этот раз одарила?
Чистейшего сердцем Христа забрала злая сила,
Пленила — а мы так слабы, и оружия нет...
И Пётр говорит: « - Не бывать, чтоб тюремной стене
Закрыть светоч Истины; мы за Учителем милым
Направим стопы — в ближней, дальней ли мы стороне
Расскажем о Нём: ведь стена Свет Его не закрыла!»
...Пошли; вот и город. Понтийские слуги — к Петру:
« - Не твой ли учитель?» И думает Пётр: не к добру,
Скажу — наврежу, и погибнет благая затея.
« - Нет, нет!» - отвечает. « - А может, ты знаешь злодея?»
« - Не знаю». « - Нет?» « - Нет»... И уводят Христа конвоиры,
Читая своё в пробегающих сполохах мира.
Сонет 5.
Читают своё в пробегающих сполохах мира
Читатели книг; но читатели Книги Святой
Узнают всё то, что Библейская вечность хранила -
И счастье, и боль, - боль сродни в чём-то, может быть, той,
Что чувствовал Пётр, говоря об Учителе милом
Слова отреченья - «То к пользе Твоей же, постой!» -
Пётр, может быть, крикнул бы, если бы властная сила
Его не сковала коварно-жестокой рукой.
«Я — главный предатель», - мнил Пётр, а Христа распинали,
В терновом венце принял смерть Иисус — и воскрес.
Явился в Небесном сияньи, и вслух распевали
Великую песнь Херувимы, слетая с Небес.
Но, свитый из терна, венец среди Света чернел...
Двенадцать апостолов видят венец на челе.
Сонет 6
Двенадцать апостолов видят венец на челе,
И слышат знакомую речь — светозарное Слово
Приникло к сердцам — а закат начинает алеть,
И тьма обступить дорогое виденье готова.
Но вот Он вознёсся на Небо, - «И всяк человек
В Небесное Царство придёт»- слышен сладостный голос..
Великая ночь воцарилась на грешной земле.
«Помилуй меня», - шепчет Левий Матфей, - «я оковы
Незнанья снять должен с людей» - и точёным стилом
Матфей пишет людям о Царстве Христа благовестье -
Евангелие, первым он говорит нам о том,
Что знали двенадцать Христовых Апостолов вместе.
Волнует досель эта весть обновлённого мира
И кровь человечью, и струны серебряной лиры.
Сонет 7.
И кровь человечью, и струны серебряной лиры,
Лишь только затронь — зазвучат, и заплачут, и вот
Матфей, бывший мытарь, о Господе пишет, и в мире
Аккорд небывалый Святым благовестьем плывёт.
Матфей проповедует веру в далёком Алжире,
И в Мидии, в Сирии, и в Эфиопии — год
Суровый настал, - и распят на земле бывший мытарь,
Костер людоедский посланника Божия жжёт.
А Пётр проповедует Слово Христа в Карфагене,
И плачет, как вспомнит о счастье: он был рыбаком,
И встретил Христа, и поднялся, сияньем влеком -
Весь мир зазвучал, засиял, и запели растенья!
И птицы, как будто в Раю, так уж начали петь!
Смолкают... А время опять собралось вечереть.
Сонет 8.
Смолкают - а время опять собралось вечереть -
Шумы городские, пустеет базарная площадь.
Идёт Первозванный апостол, апостол Андрей,
По Скифии, древней земле, по степям да по рощам.
На Киевских гордых горах Крест Святой в серебре
Апостол Андрей, брат Петра, водрузил: «Сколь пророчеств
Вам надобно, скифы? Вот, Солнцу гореть и гореть,
Горам — возвышаться, пока на то заповедь Божья.
На сих же великих горах будет Божеский град,
И Божья на них Благодать; и великая вера
Отсюда пойдёт по великой земле»... Славный брат
Петра — пострадал, был в Ахее руками неверных
Распят на кресте... Но жива Первозваного сила
На скудном пространстве, что Отча рука подарила.
Сонет 9.
На скудном пространстве, что Отча рука подарила,
Есть память, есть сны, есть незримый Святой блпговест,
И с ними миры безграничны, бескрайни окрест,
И пётр вспоминает, как с милым Учителем было:
Как спорил с Ним Пётр, не понявши ни слово, ни жест...
И как в Галилее на озере бурей накрыло
Людей — к утопавшим Христос меж воды и небес
Пошёл выручать, взяв петра — и вода пропустила!
И стала иною вода, - и мягка, и тверда, -
Пока по волнам шёл Господь — грешный Пётр, человек,\Шёл рядом, шёл рядом!... а дальше припомнить — беда:
А дальше — вечеря среди Гефсиманского сада,
И топот солдат... И сиянье Чистейшего взгляда!
Двенадцать апостолов знают - закончится век...
Сонет 10
Двенадцать апостолов знают - закончится век,
Они — провозвестники веры, посланники Божьи!
А Варфоломея распнут, ободрав с него кожу -
В Баку, в прикаспийской, привольной морской синеве.
Филиппа услышат фригиец, сириец и грек,
Во Фригии будет Филипп иссечён, уничтожен -
Нет: тело убито, - душа процветает вовек
В Раю, у Господнего трона, в лучистой одёже.
И Симон Зилот средь Абхазии жаркой распят,
Погибнет Фома в знойной Индии, злостно пронзённый
Стальными копьями, в железных мучениях сжат.
А Пётр будет — Римский епископ, Пётр Первоверховный.
Он вечером дверь запирает, тоскою объят...
Две тысячи лет пробегут по морям, словно волны.
Сонет 11.
Две тысячи лет пробегут по морям, словно волны.
А только печали Петровой морям не унять:
Виденья былого на сердце, и тяжестью полны
Петровы ладони — о, скольких пришлось потерять!
А первым досталось Иакову гибель принять -
Он брат Богослова, он сын Зеведеев достойный,
Иаковом Старшим любили его называть -
И он обезглавлен мечом в Иудее, от злобной
Жестокой вражды пал Иаков, он первым отдал
Юдольную жизнб за великую вечную веру.
В Испании он проповедовал, многим он дал
Возможность прожить по Святому Христову примеру.
О, путь со Христом... Видит Пётр за смыканием век:
Далёкие дали сумеет познать человек.
Сонет 12
Далёкие дали сумеет познать человек.
К далёким пррвётся мирам... А Иаков Алфеев -
Апостол помладше — епископом был в Иудее,
И пал от гонителей в самом цветении лет.
Какой злобный враг на такие мученья обрек? -
Иакова скинули с кровли, метали больнее
Острейшие камни, пока по Святой голове
Один из мучителей колом не врезал сильнее...
А всё же Иаков молился за этих зверей -
Последние миги провёл в Благодатной молитве....
И Пётр слышит стук... христиане стоят у дверей:
«Епископ, беги! Близко враг наш в жестокой ловитве!»
Но Пётр говорит: коль посланник завет не исполнит -
То сердце родное своё только болью наполнит.
Сонет 13.
- А сердце родное своё только болью наполнит, -
Ответствовал Пётр, - вы печетесь о теле моём,
Его, верно, бегством спасу, и войду в Божий Дом
С душой, будто уголь, предательства чёрного полной!
...Ведь там, в Гефсиманском саду, ночью, белой от молний,
Солдаты ворвались к Учителю, ризы на Нём
Схватили... Тогда и взмахнул пётр коротким мечом,
И ухо отсек у солдата, но был остановлен
Учительским взглядом — а взгляд небывалым огнём
Горел и сиял, как Сама непостижная Вечность...
И плачет апостол — что вечер, то всё о своём:
«Я предал Его, я виновен пред Ним бесконечно!
Сказал: я не знаю! Тьма чёрная в сердце моём!»
Но свет воскресает и в каждой судьбе человечьей...
Сонет 14
Но свет воскресает, и в каждой судьбе человечьей
Воскреснет и память о тех, кто дарил этот свет.
… Погиб и апостол Иуда-Фаддей, он завет
Исполнил — в Армении... Путь простирается Млечный
Над грешной землею. И светом Небесным согрет
Наш путь по юдоли, к Незримым воротам Предвечным.
В число же двенадцати Матфий был избран, ведь нет
Иуды-предателя в списке Посланников Вечных.
Иуда-предатель, по прозвищу Искариот,
За тридцать монет предал Господа вражьим солдатам.
Низринулся в пропасть — а дух его смрадный живёт,
И лучше б на свет не рождаться злодею когда-то.
Земные пути — испытанье на прочность, на верность.
Христос воскресает — и Свет продлевается в вечность.
Сонет 15.
Христос воскресает - и свет продлевается в Вечность.
И Божье в себе сохранил Богом избранный Пётр -
Он в Риме распят — но посланье, но Слово живёт,
И Слово Петра не о жизни поёт быстротечной!
Пётр в царстве Иисуса; сердце геенна не жжёт!
Пётр в царстве Любви, и в руках держит ключ на колечке
От Врат Благодатных, и души блаженные ждёт,
И кроткой улыбкой приветствует праведных встречных.
И лишь Иоанн Богослов волей Божьею с миром почил:
Был век его долог, окончился в граде Ефесе.
Писал Иоанн Весть Благую — Евангелие, получил
От Господа знак — Откровение градам и весям.
«Любите друг друга», - звучит Богослова завет.
Двенадцать героев глядят сквозь две тысячи лет.
МАГИСТРАЛ
Сонет 1 (Магистрал)
Двенадцать героев глядят сквозь две тысячи лет.
Двенадцать апостолов после вечернего пира
Взирают на жизнь - их глаза, словно очи планет,
Читают своё в пробегающих сполохах мира.
Двенадцать апостолов видят венец на челе,
И кровь человечью - и струны серебряной лиры
Смолкают, а время опять собралось вечереть
На скудном пространстве, что Отча рука подарила.
Двенадцать апостолов знают - закончится век,
Две тысячи лет пробегут по морям, словно волны.
Далёкие дали сумеет познать человек,
А сердце родное своё только болью наполнит.
Но свет воскресает - и в каждой судьбе человечьей
Христос воскресает - и свет продлевается в вечность.
Написано в прошлом тысячелетии (до миллениума).