Глава 21
То, что рубашка женская – можно было понять сразу. Даже если очень не ожидаешь найти женскую рубашку в кровати сына. Расправив вещь, прикинула – могла её носить эта самая не держащаяся на ногах секретарша? Могла. Неужели у них что-то было с Андреем? Спросила себя и сама же ответила – нет, представь себе как полная дура, что сын где-то стащил чужую рубашку и держит под подушкой. Кто бы только поверил в такой бред. Выходило, что хозяйка рубашки была у них дома. И не просто была…
Елизавета села на кровать. Настя. Точно, её зовут Настя. Обычная, заурядная девочка. Её даже порадовало, что у Бори не очень эффектная секретарша, глянуть не на что. К тому же явно не огромного ума – раз вылезла на подиум во время показа. Тогда Елизавета решила, что заинтересоваться подобной особой муж не может. Правда, он вообще был верным. Но когда мужчина приближается к пятидесяти, всякое случается. Бес в ребро и всё такое. Потянет на молоденьких. Забраковав Настю как потенциальный объект влечения собственного супруга, об Андрее Елизавета и подумать не могла. Кто интересует мальчиков в семнадцать? Модели, актрисы. Девушки яркие и эффектные. Чем больше Елизавета представляла Настю, тем сильнее недоумевала. Нет, не может быть. Слишком невероятно. Но если нет, зачем Андрею её рисовать? К тому же вспомнилась мелочь, на которую на прошлой неделе Елизавета не обратила внимания. При высокой температуре Андрей начинал разговаривать во сне. Так было всегда, с тех пор как он научился говорить. Если бормочет ночью, можно и градусник не ставить – выше тридцати девяти. Конечно, содержание этих разговоров зависело от снов, и обычно Елизавета к ним не прислушивалась. Заговорил – надо давать жаропонижающее. А вот на той неделе Андрей точно упоминал какую-то Настю, звал эту Настю, и это теперь стало последним доказательством. Кажется, её ребёнок влюбился в секретаршу своего отца, водит её домой, пока родителей нет, спит с ней. Это испугало. Чем может грозить связь с любой из моделей Милоша? Практически ничем – им важна карьера и абсолютно не нужны лишние проблемы. Чем грозит любовь с такой вот Настей? Тем, что она быстро заведёт от него ребёнка и потребует жениться или как минимум содержать её потомство. А с Андрюшиным-то везением… Вероятность подобного развития событий близится к ста процентам. Надо её уволить. Пусть катится откуда пришла, авось следом Андрей не побежит. К тому же начался учебный год, а сын такой ответственный. Лекции, библиотека, дома всё время с учебниками. Ему будет некогда общаться с этой девицей. Останься же она в «Радости», чтобы лишний раз попадать в поле зрения… Нет, уволить – правильно. Елизавета вышла из комнаты, положила рубашку в свою сумочку и решила, что вечером поговорит с Борисом серьёзно. Он не должен закрывать глаза на появившуюся проблему. А Андрей… даже если влюблён, первая любовь – несерьёзно. Расстанется с Настей и быстро забудет. У мальчишек его возраста это как со «страшно нужными и важными вещами» – пока лежит на видном месте, попробуй тронь, нужно просто позарез, а выбросишь незаметно от владельца – назавтра и не вспомнит, где у него что лежало… И надо пока что почаще бывать вечерами дома. Чтобы Андрей не мог приводить Настю сюда…
Сегодня после института сын нигде не задержался – пришёл вовремя и вёл себя вполне как обычно, сразу сел делать какой-то реферат. Оставалось только дождаться мужа и попросить уволить секретаршу. Найдёт себе другую, благо это не проблема.
Однако выслушав её, Борис вдруг сказал:
– Нет.
– Почему? – удивилась она. Ведь всё так очевидно.
Муж взял экономический вестник, который обычно читал на ночь, и объяснил:
– А завтра он влюбится в лицо коллекции, а послезавтра – в Машу с ресепшн. Всех увольнять будем? Или сразу расстреливать?
– Не делай из меня сумасшедшую мамашу. То, что ты говоришь – абсурд.
– То, что ты предлагаешь, тоже.
– В конце концов, он несовершеннолетний.
– Ну да, седьмого марта ему ещё нельзя спать с женщинами, а восьмого – уже будет можно, – проворчал Боря. Пошелестел страницами вестника и добавил. – Тема закрыта. Анастасия Владимировна отличный работник. Если тебе так не нравится, что между ними что-то есть, поговори с Андреем. Объясни, чего опасаешься, спроси, что хочешь знать. Может, ты вообще преувеличиваешь. Ну нарисовал он её, типаж понравился.
– А рубашка?
– Господи, Лиза… Ну пришла девушка, выпила чаю, стало жарко, сняла рубашку, ушла в футболке, рубашку забыла, а наш балбес забывает отдать.
– Ты сам в это веришь?
– Нет, но в жизни бывает и не такое. Смотри-ка, а у «Фортуны» серьёзные проблемы…
Это означало, что разговор о сыне закончен. Работа – важнее.
Нет, она не будет задавать Андрею вопросы. Ей и без них всё ясно. Если и говорить – с самой Настей. И не откладывая.
Подписывайтесь на канал. Ставьте лайки. Спасибо!