Здравствуйте всем. В общем, благодаря Алексею Шапенкову я опять прославилась )) Ситуация довольно неловкая, но выходить из нее надо. Поэтому для тех, кто вообще не в курсе, что произошло, расскажу предысторию. Как так получилось, что мы с Алексеем, живя в одном городе и болея за одну команду, оказались по разные стороны баррикад?
Жила-была команда «Байкал-Энергия». Играла хорошо, болельщики ее любили. Потом пришло новое руководство и поменяло политику, взяв курс на медали. Но болельщикам этот курс не понравился, они стали ходить все меньше. Новое руководство – президент Виктор Захаров и директор Василий Донских – в этом проблемы упорно не видело. Они говорили, что болельщиков уже не вернуть, всех погубили гаджеты и видеотрансляции, что посещаемость падает по всей стране...
Я с таким подходом категорически не соглашалась. Говорила, что мы ведь в спорте, а тут никогда нельзя сдаваться, не испробовав все варианты! Ведь команда, выходя на лед против сильного соперника, не разворачивается и не уходит со словами - это бесполезно... А выходит и играет. И порой выигрывает. Причем такие победы больше всего и радуют.
Были и другие моменты, на которые я старалась указать: что репутацию угробили, молодые поколения растеряли… Что с молодежью надо работать, чтобы она росла, а само в спорте ничего не вырастет. Любой результат надо добывать самим.
Долго рассказывать все подряд.
Что интересно: многие журналисты и даже работники клуба многие со мной в разговорах соглашались, но вслух ничего не говорили и не писали. Я одна твердила, как сорока на шесте, что так нельзя. Чем заработала репутацию «враг всего иркутского».
У Алексея Шапенкова была совершенно иная позиция: своих нельзя критиковать. Пусть он сукин сын, но он наш сукин сын. И если ты болеешь за команду, а действия руководства идут в ущерб команде – все равно нельзя.
Но многие болельщики как раз не поддерживали политику руководства. Их угнетало стремительное падение посещаемости, низкие результаты молодежи и детей, репутация «любимчиков федерации», которые играют за счет судей...
Однажды летом 2019 года было собрание по поводу смены цветов формы, куда позвали и прессу, и болельщиков. Там мы впервые увидели Михаила Хардикова, главу «ЕвроСибЭнерго» и представителя спонсора Ен+. Вообще, это на моей памяти впервые, чтобы представитель спонсора так плотно общался с болельщиками и выслушивал их обращения.
А у болельщиков так накипело, что помимо цветов формы, они обсуждали все подряд: и посещаемость, и другие больные вопросы. Видео с той встречи сохранилось. Летом был очень тяжелый период, ругались все: клуб в соцсетях грубовато и порой высокомерно обращался с болельщиками, те в ответ поливали грязью и клуб, и спонсоров, и друг друга. Это было похоже на какое-то начало конца. От ругани в интернете зашкаливало. Помню, как мы с друзьями шли на первую игру чемпионата 2019/20. Казалось, мы идем прощаться с чем-то дорогим...
После первой игры чемпионата была еще одна встреча болельщиков и клуба в Ен+. И опять болельщики говорили о наболевшем: и про сиденья, которые от снега не чистят, и про репутацию, которая сложилась в стране. Раньше мы были «команда отличных парней», которых поддерживала вся страна и которым желали удачи в матчах с лидерами. А в медальные годы мы превратились во врагов, нам желали поражения и смеялись. Мало радости для болельщика жить в такой атмосфере. В общем, Михаил Хардиков все это услышал. Насчет судей обещал, что если это и было, то больше не будет сто процентов. Что касается сидений, то их чистил лично директор клуба. За что ему большое спасибо.
И перемены начались. Причем сначала кадровые. Первой новостью стало то, что упразднена должность президента клуба, ушел Виктор Захаров. Потом клуб расторгнул контракт с главным тренером Андреем Рушкиным. Пресс-атташе Борис Фоминых ушел сам. И весной стало известно, что клуб не продлил контракт с директором Василием Донских. Также клуб покинули – кто-то раньше, кто-то позже – целый ряд людей. Маркетолог Люба Политова, администратор Саша Труфанов, врач Александр Колпашников. Понятно, что все это – люди в Иркутске не чужие, с хоккеем с мячом срослись давно. Известия об их уходе были шоком.
Что характерно: сами они причины своего ухода публично не обсуждали и защиты не просили. Но их все равно защищали.
И начались разногласия.
Одни считали, что идет планомерное убийство иркутского хоккея. Другие, и я в том числе, считали, что перемены к лучшему. Я брала множество интервью, в том числе у успешных руководителей. И помню, как смотрят на вещи успешные руководители, какие цели они ставят. А неуспешные вообще никаких целей не ставят. Говорят, что это невозможно, и живут как раньше.
И мне прямо нравилось то, что говорил Хардиков. Что целью должны быть не медали как самоцель, а хорошая игра, классная команда и интерес болельщиков. И рост посещаемости как показатель успешности команды!
И... мне категорически не нравилось, когда прежние руководители проблемы не решали, а попытки достучаться воспринимали как «ты нас мочишь за деньги». Вот удивительно, насколько люди понимают только вопросы денег. Если что-то не так и человек пытается открыто поговорить с руководством - в здравом уме на такое никто сам не способен. Только за деньги.
В общем, я открыто сделала ставку на новый курс и, если бы он проиграл, то я бы проиграла вместе с ним. Приглашение тренера Хвалько я восприняла очень хорошо, потому что слышала о нем много положительных отзывов. Постоянный диалог клуба с болельщиками мне тоже нравился. Как и то, что проблемы старались решать, а не прятать и говорить, что «ничего не поделать».
Многим это было непонятно. Как так – поддерживать кого-то бесплатно? Писали открыто, что мне проплатили, «новый транш подошел» и так далее. Товарищи, Люба и прочие, кто так пишет, но скажите мне: если я только за деньги готова кого-то поддерживать, зачем мне тогда было расходиться во мнениях с прежним руководством клуба? Мы ведь с Захаровым несколько лет сотрудничали и без проблем. Что мне мешало за деньги поддерживать его или Бориса Ивановича?
Но мне-то хотелось, чтобы спорт был в Иркутске. Чтобы как раньше, когда игры ждешь с волнением и радость невероятная от нее. Я эмоции люблю, мне нужны яркие ощущения, переживания. Как и большинству болельщиков.
Я терпеливо ждала: команда должна заиграть. Если все делается правильно, то результат будет сто процентов. А совсем без потерь ничего не бывает. Никогда реформы не проходят абсолютно тихо.
Кстати, с начала прошлого сезона практически прекратились и разговоры про помощь судей. Я специально следила после матчей за обсуждениями в соцсетях, и если раньше такое писали регулярно, то в прошлом сезоне этого не было. И это тоже было хорошо.
Алексей Шапенков как преданный журналист держал линию, как я это назвала, «партии бывших». Мечтал, чтобы «Сервико» вновь стало спонсором «Байкал-Энергии». Много писал о том, что убрали из клуба тех, на ком держалась вся работа. И так далее. Это его личная позиция, которая заслуживает уважения. Но вот настала осень, игры Кубка России, и болельщики слегка офигели от той классной игры, которую показала новая команда. Болельщики впервые за много времени сорвали голоса на играх.
Не знаю, радовала ли эта игра «партию бывших», но если они за спорт, они не могли не замечать очевидного. Надеюсь, что радовала.
Кстати, у меня же была еще одна почва для разногласий с этой партией. Я открыто не поддерживала линию Федерации хоккея с мячом России и лично Бориса Скрынника. А наш клуб в медальные годы позиционировал себя как большой друг ФХМР. Пресс-атташе не раз говорил, что у клуба и у него лично проблемы из-за моей «самодеятельности». И Вы помните эти истории с отказами в аккредитации и прочее.
Новое руководство, кстати, тоже не поддерживало линию публичной дружбы с ФХРМ. И в этом я тоже была с ним согласна. Не надо выпячивать свою близость к власти, в спорте это не приветствуется - быть любимчиками.
Причем «в кулуарах» прежние руководители порой сами были не согласны с этой властью. Но сказать против ничего не могли. Говорили: а что мы сделаем?
В общем, почти вся «партия бывших» сосредоточилась вокруг ледового дворца «Байкал», который возглавил Владимир Матиенко. Кто-то туда перешел работать: Фоминых, Труфанов, Колпашников, Роман Замащиков, который делал видеотрансляции. Шапенков сейчас работает в Альтаире. Виктор Захаров, как и прежде, финансово поддерживал мероприятия федерации хоккея с мячом Иркутской области, которую также возглавлял Матиенко. Кстати, если кто-то не знает, то еще он возглавляет детскую школу «Сибскана», является издателем – у него в ведении три СМИ. Он же возглавлял дирекцию по проведению и подготовке чемпионата мира. В общем, дел хватало, и люди требовались.
Команда из клуба к нему пришла «сыгранная», сработанная, и работа выстроилась. Хотя поначалу не обошлось без косяков, как это всегда бывает на старте любого дела. Долго лед был не готов летом и прочее. Но жизнь наладилась. Клуб начал взаимодействовать с ледовым дворцом, а как иначе?
Но все равно вот эти «воспоминания» о трениях сидели в умах.
И вот наступил момент, которого, видимо, некоторые так долго ждали. Вообще умудряюсь: как я так долго жила, ни разу не проколовшись по-серьезному?! Когда постоянно «под обстрелом», а свои же, вместо того, чтобы поддержать, ругают, это было тяжело. Например, на Кубке мира в Швеции, когда был отказ в аккредитации, а некоторые журналисты подхватили линию ФХМР.
Или когда Федерация опозорилась, запретив критику, путем грамотных действий это дошло до всей страны и даже за границей обсуждалось, в федеральных СМИ люди были в шоке и требовали объяснений от Федерации. А от иркутских журналистов, напротив, мне же и прилетало.
В таком состоянии сорваться легко. Но этого не было. И тут… Та-дамммм! Ника немножко прокололась. Об этом уже много писали, скажу вкратце: клуб и Ен+ хотели провести турнир с участием сборных России, но турнир был перенесен в Красноярск. Возникли версии: что же произошло? Вообще, информацию зачем-то выдал Владимир Янко в интервью «Спорт-экспрессу», хотя турнир был еще не утвержден и сроки не согласованы. Зачем было говорить раньше времени.
Теперь пишу очень осторожно, чтобы опять не поджечь ситуацию. В общем, в Иркутске произошло непонимание. После фразы, что ледовый дворец не планирует проводить соревнования в эти сроки. Ее можно было понять двояко. Или так: мы не планируем проводить, и никакого вам турнира.
Или так, что соревнований мы там проводить не планируем, свободно, заходите.
Алексей писал, что правильная вторая версия. Я же услышала первую. О чем и написала.
И вот – радость. Ника солгала, ложь, извиняйся! Извиняйся! Помните, в школе так делали: окружат и твердят: извиняйся! Взрослые мимо пройдут – а что тут за шум? «А она виновата! Она заслужила! Пусть извиняется!» Я в школе в таких ситуациях, к счастью, ни разу не оказывалась, но помню, как это бывает.
Хорошо, я реально признала, что погорячилась. Надо было опросить «ту сторону», то есть ледовый дворец. Но там никто не отвечает. Борис Фоминых, который курирует работу с прессой, на вопрос не ответил. Я была уверена, что сейчас выйдет правдивый материал, тем более в распоряжении директора ледового дворца целых три издания и много журналистов. Но он не вышел. Более того, скажу честно: похоже, обеим сторонам эту ситуацию лучше было бы тихо пережить и не раздувать. Но все уже произошло. Мы с Алексеем постарались.
Он наутро извинился, спасибо ему большое за это, признав, что по ощущениям будто тащил рояль на 17-й этаж. У меня состояние было похожее. Вообще все эти эмоциональные драки очень тяжело даются. Я Алексея понимаю, потому что сама эмоциональная. Он за своих готов чуть что в драку, я за свои какие-то ценности.
А вот так называемые мирные люди меня удивляют. Они часто говорят, что просто любят спорт и ни в какие разборки встревать не хотят. Но они с удовольствием встревают, если мочилово идет в мой адрес. Даже не разобравшись выстраиваются вот в этот кружок - извиняйся!
А потом спросишь: но ведь вы же явно не правы были?! Вот на пальцах доказываешь: вот тут и тут! Ответ обычно бывает такой: ой, я там уже не помню, что было. Или: отстань от меня уже, сделай милость.
Да, всем хочется повоевать за справедливость. И мирным людям тоже. Но самим выйти и сказать - вот тут неправильно! - они не решатся. Надо, чтобы кто-то их подключил к этому.
Их и подключают охотно. Рассказывают, что Нике заплатили, что она оскорбляет тебя на других ресурсах... А люди верят не разобравшись, даже не прочитав, что там было написано. А при попытке что-то объяснить снова просят оставить их в покое.
И прежде чем закрыть тему...
Я сейчас еще раз говорю, что в той ситуации с турниром-призраком, похоже, вообще никто не виноват. Потому что указ губернатора о допуске зрителей вышел 13 января, проводить турнир без зрителей смысла нет. И в этот же день, 13 января, сайт ФХМР опубликовал новость о переносе турнира в Красноярск. То есть люди немножечко не дождались. Ну да ладно. Наверное, что ни делается – все к лучшему, потому что даты турнира 29-31 января – перед важной игрой с «Енисеем» в Иркутске. «Байкал-Энергия» была бы измотана. Как вышло – так вышло.
Выводы.
1. Обязуюсь больше не давать информацию без ссылки на источник, с указанием имени. Другие так делают, пишут: «как нам удалось узнать», «из достоверных источников», «поступила информация…» И я так раньше делала. Но больше не буду.
2. Раз Алексей и иже с ним так охотно стали в круг со словами «надо извиниться!», то я вправе ждать от них такого же правдолюбия и в остальных случаях. Правила ведь существуют для всех, не так ли? Начальству можно оскорблять и врать, а другим нет? Правильно. Никому нельзя. Поэтому я даже рада, что так произошло. Теперь Алексею и прочим нет другого выхода, кроме как призвать к извинениям прочих. В том числе и свое непосредственное руководство и других богатых и влиятельных людей в иркутском хоккее с мячом. А там было столько ошибок и нарушений, а также открытой лжи и неправды, пальцев рук и ног не хватит сосчитать.
Вот в таких ситуациях люди и проявляются. Сказать начальнику, что он не прав, и потребовать извинений публично – для этого нужна смелость.
А смелые люди нам сейчас очень понадобятся. Наша команда заиграла хорошо. Она собралась, за нее хочется болеть, нас даже стали поддерживать люди из других городов. Что невероятно приятно. И это вряд ли будет приятно тем, кому эта команда станет поперек дороги.
Объединиться – вот что сейчас нужно. И тогда Иркутску равных не будет. Если каждый употребит свой талант и энергию на дело, а не на внутренние разборки, мы всем докажем, что Иркутск опять впереди планеты всей.
Ведь в Иркутске были лучшие в стране болельщики. У нас была самая интересная пресса – в 2000-е годы, журналистов было много, газета «Наша Сибскана» регулярно признавалась лучшим хоккейным изданием в стране, а по итогам сезона ФХМР постоянно называла кого-то из наших в числе лучших. Все это можно вернуть. А команда – тот костер, вокруг которого можно собраться.
Как в старые лучшие годы.