Молодость нам дана, чтобы ощутить все прелести жизни, а старость - осознать эту жизнь, подвести итоги, по-хорошему позавидовать молодым и предаться воспоминаниям.
В начале 80-х годов работников и служащих многих предприятий не зависимо от профессий посылали на работу в совхозы по разнарядке, чтобы помочь в обеспечении города-миллионника овощной продукцией. Вначале лета по распоряжению Октябрьского райисполкома работникам нашего треста нужно было ехать на прополку моркови, чтобы очистить от сорняков. Заявка была человек на 20. Мне нравился коллективный труд. Он объединяет. Мы приехали на поле. Агроном совхоза выделил нам участок для прополки. Каждый прибывший должен был освободить от сорняков несколько рядов моркови. Количество рядов на каждого работника для прополки зависело от засоренности поля, но длинна было метров 300. Это работа - все время с места на место двигаясь на корточках, и обычно, с непривычки на завтра мышцы ног болят. НО это ведь такая работа на один день. Следующий раз поедут другие. Мы управились где-то к часу дня или к двум. Выполнив задание, после легкого обеда, мы собрались домой. Подъезжая к Омску, мы попросили водителя автобуса остановиться на левом берегу Иртыша у Ленинградского моста. День был солнечный. Жарко, и мы решили искупаться. Половина из нас вышла из автобуса. Другая - торопилась домой. Мы решили после купания добираться общественным транспортом каждый самостоятельно. Автобус уехал, а мы пошли выше по течению с правой стороны моста. В этом месте берег был песчаным, дальше рос тальник. Мы разделись, одежду оставили на берегу, и в воду! Вода была - что надо! Чуть дальше от берега был небольшой песчаный островок, ну совсем маленький! Искупавшись, я там отдыхал на нагретом солнцем песочке. В то время мне было 40 лет. Я родился на северной границе Брянской области, где поблизости рек нет, и даже на картах области все как бы водные артерии обозначены как ручьи. Такие ручьи бывают относительно полноводными только в весенний разлив при таянии снега. Летом по-настоящему плавать негде. Большая речка Вороница, которая впадает в Ипуть, и то находится в Смоленской области километрах в десяти от моей родной деревеньки, поэтому плавание с детства у нас не было популярным. Теперь вот плавал в Иртыше. Рядом плавали и веселились другие наши коллеги. Отдохнув, я снова залез в воду. Ленинградский шоссейный мост, который в Омске, закрывал нам горизонт, а мы так увлеклись, что не заметили, как со стороны городка Нефтяников надвигалась большая темная туча. Поднялся сильный ветер и сразу крупные капли дождя забарабанили по воде. Одежда моя осталась на берегу, и прятать ее от дождя было поздно. Дождь усилился. Холодный капли дождя быстро остужали тело. Я по горло в воде ждал, когда дождь кончится. В воде было теплее, чем над водой. Туча быстро ушла за другой, железнодорожный мост, временно увеличивая скорость течения Иртыша в этом месте.
Снова появилось раскаленной добела солнце. Мы опять стали купаться. Я проплыл под мостом и плавал в другую сторону моста ниже по течению. Я старался не заплывать, где глубина более чем полтора метра и где течение было более быстрым. Ширина Иртыша в этом месте метров 250-300. Вдруг я услышал крик о помощи: "Помоги-те!". Я повернул голову на крик в сторону моста. Три человека барахтались в воде. Они были ближе к мосту, чем я. Других людей поблизости не было. Первая мысль, как молния блеснула: "Я ведь сам плохо плаваю!". Вторая - как я буду смотреть людям в глаза, если не помогу? Я боялся, что все трое могут утонуть. Плыть навстречу течению было бесполезно. Утопающие были ближе к середине реки, где глубоко и я поплыл на глубину наперерез трем перепуганным пловцам. Это были двое мужчин - электрик и механик нашего треста и с ними была девушка. Эту девушку я как-то случайно видел на втором этаже здания треста. Ей было лет 18... Вероятно, что она только окончила среднюю школу. Со стороны она выглядела как девушка - Весна, имея слегка рыжеватые волосы и еле заметные веснушки. Они уже все трое выбились из сил. Еще шевеля посиневшими губами, электрик, задыхаясь проговорил: "Она не умеет плавать и нам не дает плыть". Девушка находилась в большой прострации от испуга. Она держала ребят за ноги. Я твердым голосом подал команду: "Всем успокоиться! Не сопротивляться течению. Левой рукой всем грести под себя слева направо, чтобы нас относило к левому берегу. Здесь близко мель!" Мой уверенный голос успокоил их, особенно слова, что близко мель, хотя я немного слукавил для пользы спасения, и мы каждый рьяно начали работать левой рукой, правой держались друг за друга. Левый берег был далеко - мель ближе. Плывя, я дважды прощупывал ногой дно - еще глубоко, дня не доставал! На третий раз я слегка коснулся ногой дна. Мы проплыли еще немного для уверенности и когда я почувствовал, что дно совсем близко, скомандовал: "Всем встать!" Встали - вода была уже по пояс. Все с облегчением глубоко вздохнули, и мы пошли по мели ближе к мосту забрать и просушить одежду, промокшую от дождя.
Всякий мост на реке испытывает двойную нагрузку: сверху от проезжающего по нему транспорта, с боку - от скорости течения реки. Когда вода подходит к мосту, пропуск воды из-за опор моста уменьшается, а объем текущей воды в реке остается постоянным. У опор создается давление и вода, завихряясь, с увеличенной скоростью устремляется ниже по течению реки, выравнивая давление. Девушка не умела плавать и купалась там, где ей казалось не опасно и не очень глубоко. Она подошла ближе к опоре моста, оступилась и упала в воду. Течением ее унесло на другую сторону от моста, где было еще глубже. Двое мужчин, которые плавали близко к ней уже сами очень устали. Она ухватилась за одного, второй хотел помочь. Такими я встретил их, когда они позвали на помощь. Если все заканчивается благополучно, то пропадает страх и напряжение. Все успокоились, как будто ничего не случилось.
Спустя несколько лет я по рабочим делам оказался на ул. Пархоменко недалеко от кинотеатра "Космос". На одном доме я заметил вывеску "Ателье меха". Когда-то, работая на севере в Заполярье, я купил у местного жителя, коллеги по работе, шкурки ондатры. В е годы ондатровые шапки были в моде. И теперь я решил отдать эти шкурки в "Ателье меха". Как только я зашел в ателье, ко мне подошла девушка и обрадовано улыбаясь, спросила, что меня привело к ним. Я объяснил, что хочу заказать шапку, чтобы мне сшили из этих шкурок. Спросил, сколько будет стоить такая работа? Девушка-Весна ответила: "Да я вас бесплатно сама сошью! Вы же мой спаситель!" Она назначила срок, когда можно забрать шапку. Шапкой я был очень доволен и поблагодарил ее за работу. В то время я работал старшим мастером аварийной службы треста. Дел было много и, к сожалению, торопясь, я забыл спросить как ее зовут. Ни имени, ни фамилии и где живет, я не знаю, Вероятно, она жила в Чкаловском поселке. Ондатровые шапки давно вышли из моды, но когда зимой бывал мороз в минус 30 и ниже, а мне нужно было идти на улицу, я надевал эту шапку и вспоминал тот случай на Иртыше. Прошли годы. Остались воспоминания.