Мари рыдала. Яркий весенний свет изо всех сил пробивался через шторы и прямиком с них соскальзывал на ее опухшие глаза.
"Ну, ну, всё не так уж и трагично", - выдавливала из себя я.
По плечам раскатывалось тепло. Может, закатившееся солнце нашей дружбы давало о себе знать, а , может, просто комната успела так быстро нагреться. Это пока не было ясно.
Она снова была тут, хотя до сих пор что-то ещё не давало прикоснуться к ее волосам.
Нахохлившись, я сидела рядом в растерянности, пока слезы заливали её лицо. Что-то витало в воздухе, но смелости выразить это пока не хватало. Вдохнув его побольше, я начала:
"Вообще, знаешь, всё, что ты любишь, имеет тенденцию к тебе возвращаться. Если это твоё".
"Ну да", - снова захлебнулась она, - "расскажи еще одну маркетинговую сказку".
"Я по себе это знаю".
"Неужели?" - шмыгнула носом Марр.
Судорожно вздохнув, я ответила: "Но ты-то ведь здесь".
Из-под опухших век мне вдруг снова открылся целый мир её глаз.
Я отвернулась.