Из моей беседы с Николаем Цискаридзе:
Я вам сейчас расскажу другой случай, над которым очень смеялся и навсегда запомнил. Так как я имею к этой этнической группе отношение, я имею право это рассказать. Значит, представителя моей нации арестовали, посадили в «обезьянник». Там сидели два афроамериканца. И в какой-то момент полицейский подошел и говорит: «Ну, ты, черножопый, выходи!» На что один из негров повернулся к грузину и сказал: «Это вас». К чему я это?
Понимаете, страна наша очень многоконфессиональная и многонациональная. Не дай бог, это загорится, не дай бог!
Я видел этот ад, когда начиналась война в Абхазии. Это еще был Советский Союз, ему оставалось жить совсем чуть-чуть.
Я помню, что мы с мамой отдыхали, это был знаменитый Дом кинематографистов в Пицунде, когда нам сказали, что «сегодня ночью будут резать грузин». И мы все (там еще были наши друзья) закрылись в нашем с мамой номере. Мы шкаф двигали к двери, закрывали окна, наготове были швабры и еще бог знает что, чтобы отбиваться...
Это очень опасно на самом деле. Я не беспокоился бы так, если бы в детстве это не прошел, ну так, хотя бы по касательной.
— Как вы считаете, в перспективе между Россией и Грузией могут восстановиться отношения?
— Я считаю, что нет. К сожалению, никогда.
— Когда вы последний раз были в Тбилиси?
— В октябре позапрошлого года. До этого в 2015.
— Это были гастроли?
— Нет, у меня образовалось три выходных дня, и я просто поехал домой — навестить могилы. Очень рад, что побывал.
Видео:
В интервью грузинскому СМИ знаменитый ректор сказал:
В моей жизни с начала пандемии появилось очень много онлайна. И это уже, если честно, раздражает. А в остальном все прекрасно, мне так хорошо без всего. Я с большим удовольствием проживаю этот период. И не хочу, чтобы он заканчивался. Я не хочу на работу. Мне все очень нравится.
Вот уже четвертый месяц я занимаюсь онлайн со своими выпускниками, которые служат в Мариинском и Большом театрах. Причем все они из разных городов мира: один в Лондоне, другой – в Чикаго, третий – в Новосибирске, четвертый – в Воронеже, пятый – в Калининграде, шестой – в Москве и так далее. И вот мы в определенный час, обычно вечером, созваниваемся, и я с ними занимаюсь. Из плюсов – я много времени бываю дома. Много читаю, много смотрю, пересматриваю, занимаюсь разными делами. Я очень соскучился по состоянию, когда можно вот так вот просто сидеть дома и ничего не делать, никуда не ходить, когда можно просто наслаждаться жизнью.
А что касается коронавируса, то здесь очень странная штука: потому что вокруг меня заболело очень много народа, а я, слава Богу, жив-здоров, и на удивление ничего со мной не произошло. Причем я очень много общался с больными COVID-19 людьми, как потом выяснялось. Но у меня ничего не находили. А ведь я из-за множества съемок в разных передачах постоянно сдавал тесты. За весь этот период я сдал тест на наличие коронавируса раз 20-30, шесть раз сдавал – на антитела, но их не было.
С одной стороны – это, конечно, хорошо, что так, а с другой стороны - непонятно, потому что я уже точно думал, что, хотя бы антитела у меня должны быть. Единственный минус из всего этого: я очень хотел съездить на родину, в Грузию. Я подумал: наконец-то, у меня есть время! Я могу повидать близких, съездить в Абастумани, где я не был с детства. Но не получилось. Границы закрыты. А из-за того, что я не гражданин Грузии, не имею права пересекать границу.
В 1994 году мне в грузинском паспорте отказали. Когда мама умерла, мне надо было оформлять наследство. И в связи с этим по каким-то странным законам того времени мне необходимо было получить гражданство. И мне тогда отказали. Сказали, что я гражданин России. А гражданин России не имеет право быть гражданином Грузии, если только он не отказывается от российского гражданства. Мне тогда было очень обидно. И я больше никогда об этом не просил.