Лютеранство появилось в Европе в 16 веке в результате борьбы Мартина Лютера против злоупотребления Римско-Католической церковью материальными благами. В Россию это течение протестантизма попало примерно в это же время через пленных немцев и приглашенных ремесленников. Лютеране были преподавателями, врачами, открывали в России аптеки, строили фабрики.
По данным «Фонда общественное мнение», в 2013 году 1% россиян причислял себя к протестантам. А в 2017 году в Минюсте было зарегистрировано 222 лютеранские общины по всей стране. Лидерами по количеству общин ожидаемо стали субъекты, граничащие с протестантскими и католическими странами: Ленинградская область(21), Республика Карелия(17), Калининградская область (15), Санкт-Петербург (14). Но неожиданно целых 10 общин обнаружились в, казалось бы, по большей части православной и исламской Москве.
Одна из московских общин собирается в храме «Святая Троица» в Лефортове. Так почему же москвичи выбирают своей религией лютеранство?
Приход в Лефортове
На территории старейшего исторического района Москвы Лефортово массово селились и работали иностранцы: немцы, голландцы, швейцарцы. В том числе и ближайший советник Петра I Франц Лефорт. Так в московском районе образовалось сообщество протестантов и католиков.
Сейчас на территории Лефортова остался один лютеранский храм — Евангелическо-лютеранский приход «Святая Троица». Здание на Введенском кладбище построили в 1911 году по проекту архитектора Рудановского для проведения отпевания.
Эта церковь до революции принадлежала не только лютеранам. Здесь проводили службы католики, англикане, реформаты. Во времена СССР часовню разграбили и стали использовать как административное здание. Уже после советского периода здание стало принадлежать только лютеранам.
Из-за того, что церковь святого Михаила в Лефортовe, в немецкой слободе, была разрушена, в 1990-х часовню передали евангелическо-лютеранской церкви Ингрии. Реставрацию здания провели при помощи Финской лютеранской церкви. Уже в 1995 году в часовне начали проводить богослужения, а освящение храма состоялось в 1999 году. С тех пор приход посещают прихожане с финскими корнями, а также люди других национальностей.
Как и во всех протестантских церквях, в лефортовском храме во время служб звучит орган и хоралы (хоровые песни). Храм живет на пожертвования самих членов общины. Поэтому и настоящего органа здесь нет. Одна из прихожанок играет органную музыку на синтезаторе. Благо современные технологии позволяют соблюдать традиции.
Пастор
Путь Игоря Алисова в христианскую веру, по его словам, был очень сложным. Он окончил военное училище в Санкт-Петербурге. Затем во время «евангелизации» 1993 года заинтересовался проповедью пастора лютеранской церкви, которая читалась на целый стадион. После этого Игорь стал посещать церковь, поступил в Лютеранскую семинарию. С 1990 года является пастором, а с 2001 года — настоятелем прихода в Лефортове.
У пастора есть много разных хобби. Он любит писать электронную музыку на компьютере или синтезаторе. Также умеет монтировать видео в Adobe Premiere, так как раньше работал на одном из телеканалов.
Мои родители были неверующие, самые обычные советские люди. Мама инженер, папа военный, обычная такая семья. Но когда я учился в военном училище, у меня были серьезные трудности моральные, психологические переживания. Возможно, я в тот момент больше думал о вере, о Боге, о церкви.
В Лютеранской церкви есть иерархия, но она очень простая. У нас есть проповедники, дьяконы, пасторы, епископы. Есть сенат в церкви, который решает какие-то глобальные вопросы под управления епископа.
Вопрос с женским священством — это вопрос, который сейчас в Европе уже никого не беспокоит, потому что там он решен однозначно: женщина полноправный член общества, полноправный служитель церкви. Здесь в России мы стараемся придерживаться не столько прав человека, столько того, к чему нас призывает священное писание. Главой семьи, главой церкви должен быть мужчина. Это древняя традиция, она берет свое начало от Адама и Евы.
Взаимоотношения с другими конфессиями у нас хорошие, нет никаких проблем, противостояний с Русской православной церковью. Мы не лезем в их внутреннюю жизнь.
Весь наш приход достаточно небогатый. Нужно собрать пожертвования, чтобы обеспечить для пастора зарплату. У нас тут два пастора, мы по очереди меняемся, читаем проповеди и вынуждены работать где-то еще, как мы говорим, «на стороне». Нужно всегда пытаться, чтобы обычная работа не перевесила работу в церкви. Грамотно совмещать это, чтобы духовное было на первом месте.
Когда только началась пандемия, закрылись церкви и кладбища, бывало так, что я проповеди читал с телефона. Подключался через соцсети, ВКонтакте или FaceBook. Сейчас я объявил, что нужно перейти в режим «довольствования малым», т. е. не посещать все богослужения, а идти только на те, которые действительно необходимы. Этого достаточно, чтобы вера была в стабильном состоянии.
Староста церкви
Мария Фролова родилась в атеистической семье. Ее бабушка была номинальной православной, но в СССР об этом говорить не разрешалось. К религии Мария пришла через русскую литературу. Она говорит, что Бог призвал ее через Толстого, Лескова и Достоевского.
Я пришла в красивый православный храм в Сокольниках и сказала, что хочу креститься. Но, к сожалению, настоятеля того прекрасного храма волновало только то, какой крестик, какой формы и за сколько я куплю. Я не прочитала Евангелия, я не прочитала Библию, но я знала что я ищу Бога, и Бог искал меня.
Я поступила в свой любимый педагогический институт, естественно на филфак, с упоением и радостью я училась. Пришли баптисты, тогда это уже разрешалось, и предложили студентам прогулять пятую пару. Ну какой студент пойдет на лекцию вместо фильма? Конечно все смотрели прекрасный американский фильм «Иисус». После фильма баптисты сказали: «А хотите почитать?». А какой же филолог не хочет почитать книжки?
Первый человек, который рассказывал мне о Боге, занимал должность сантехника в Олимпийской деревне. Он вручил мне детскую Библию и другие книги. Никто кроме меня не хотел ездить к баптистам, потому что все боялись после советской пропаганды, считали, что это темные дремучие люди. Я всегда отличалась отважным характером и бесстрашием. И я поняла, что это совсем не дремучие люди, а очень скромные и очень любящие Бога. И тогда через время он мне предложил пойти на молодежные служения. Я пришла в баптистскую церковь и какое-то время была там. Но я поняла, что это не моя церковь.
Совершенно случайно меня пригласили в часовню Шехтеля. Собор еще был закрыт, там была студия Диафильм. Звучал хор, орган, слова пастора, и я поняла, что я здесь родилась, что это моя церковь. Может для кого-то это не тот путь, кто-то себя нашел в прекрасной православной церкви или у католиков, но вот уже 25 лет я здесь. Сейчас я являюсь старостой этой замечательной церкви. здесь совершенно теплая, маленькая в дружеском отношении община. Здесь похоронены мои родные, моя свекровь рядышком с часовней. Это место дорого нам.
Наш младший ребенок был зачат и родился в лютеранской семье. Маленький, он лежал и храпел на лавочке во время проповеди. Он ходил в воскресную школу, он конфирмировался. Это первое поколение после советского времени, которое целиком и полностью родилось в лютеранской семье. Это здорово воспитывать своих детей, а теперь уже и внуков в вере. Зная, что мы можем их крестить, водить в воскресную школу в церкви.
Сейчас я частным образом работаю няней. Я не работала в школе полноценно. Мне хотелось своим детям дать больше образования, больше любви, поэтому большую часть я работала в библиотеке. Десять лет я вела в церкви воскресную школу.
Прихожанка
Вера Стрельцова преподает информационные технологии в колледже КМПО РАНХиГС. Она имеет эстонское происхождение и ее предки были лютеранами. Несмотря на то, что родители Веры принадлежат к другой протестантской церкви, девушка решила вернуться в конфессию своих предков.
Я думала насчет лютеранства всю жизнь начиная с уроков истории, когда я узнала про лютеранскую церковь и что это первая протестантская церковь. Веру я приняла очень в осознанном возрасте, ближе к 30. Наверное, было то, что мне не нравилось в баптисткой церкви. Может быть культура, может быть особенности общения людей, может быть активное влезание в частную жизнь. Этих вещей нет здесь, меня это устраивает.
Я посещаю именно церковь Ингрии, потому что здесь мне нравится кулуарная обстановка, люди, маленький храм. Маленький храм — все равно что маленькая семья.
У меня также есть маленький сын. К сожалению, мальчик с особенностями развития, мальчик-аутист. Он крещен в этом храме, и когда у меня есть возможность, то я беру его с собой. Я стараюсь посещать каждое воскресенье богослужение.
У нас в общине проходят праздники, различного рода лагеря. Но у меня в силу моих жизненных обстоятельств не получалось принять в них участие.
С другими членами церкви здесь у меня хорошие отношения. Все прекрасно, никаких нареканий нет.
Даже в пандемию происходило дополнительное общение в Zoom, это было очень тепло, комфортно и приятно. Мы общались о жизни, вместе читали Евангелие и Библию.
Жанна Антохина, Мария Крайнева, Юлиана Максимова
Читайте LOCALОЧКУ в Дзене и следите за новостями регионов и маленьких людей в нашем Телеграме
Подписывайтесь на нас в Инстаграме