Шуршат шины, мчатся машины. Машины разные - синие, желтые, красные, " наши " и иномарки, " скорые " и " пожарки ", да хим. академии танки грохочут иногда. Да, да, просто беда!.. Но есть для меня загадка, и нет никакой разгадки, только одни догадки... Я эту машину не знаю, по " голосу " определяю. Она сирену "врубает" и всех оповещает: Уволю, уволю, уволю Олю, Олю, Олю! Хочется знать, что за Оля, и почему ее скоро уволят? Все слышат только сирену, и мне говорят откровенно: - Елена! Безобразие! Какой полет фантазии! Нет никакой Оли, и никто ее не уволит! Это выдумка твоя, не более! Может быть, я не спорю... ... Но, признайся, ведь тебе самому, пусть не всегда, изредка, иногда, хочется слышать в сигнале машины слова: Уволю, уволю, уволю Олю, Олю, Олю ... Прикольно!
Шуршат шины,
мчатся машины.
Машины разные -
синие, желтые, красные,
" наши " и иномарки,
" скорые " и " пожарки ",
да хим. академии танки
грохочут иногда.
Да, да, просто беда!..
Но есть для меня загадка,
и нет никакой разгадки,
только одни догадки...
Я эту машину не знаю,
по " голосу " определяю.
Она сирену "врубает" и
всех оповещает:
Уволю, уволю, уволю
Олю, Олю, Олю!
Хочется знать, что за Оля,
и почему ее скоро уволят?
Все слышат только сирену,
и мне говорят откровенно:
- Елена! Безобразие!
Какой полет фантазии!
Нет никакой Оли,
и никто ее не уволит!
Это выдумка твоя,
не более!
Может быть,
я не спорю...
... Но, признайся,
ведь тебе самому,
пусть не всегда,
изредка,
иногда,
хочется слышать
в сигнале машины
слова:
Уволю, уволю, уволю
Олю, Олю, Олю ...
Прикольно!