В ту пору мне было лет шесть, и я гостил в деревне у бабушки с дедушкой, куда привезла меня мама – свежее молочко, витамины, воздух. Сама она уехала обратно в город.
Лежу, помню, на кровати, отвернувшись к стене, на которой висел коврик с белыми лебедями на пруду. Лежу сердитый и обиженный – проиграл деду подряд два раза в шашки, в которые он меня и научил недавно играть. Обидно, конечно, - до этого всё выигрывал и выигрывал, а тут раз и проиграл. Да еще два раза подряд! Сейчас-то мне понятно, что дед вначале специально мне поддавался, а потом решил приподнять уровень сложности в игре.
- Сережа, дед! – раздался из кухни голос бабушки. – Идите обедать! Я тут уже борщ сварила, блинчиков напекла.
- Не пойду! – ответил я сердито.
- Ну, пойдем, пойдем, Сережа. Не упрямься, пошли, - позвал меня дед, проходя мимо кровати, на которой я лежал.
- Я не Сережа! – буркнул я ни с того ни с сего.
- Как это так не Сережа?! – остановившись, рассмеялся дед. – А кто же ты тогда? Как тебя зовут, внучек?
- Никак!
- Никак? – удивился дед. – Какое смешное имечко – Никак. Я у нас, в деревне, таких имён и не слыхал. Ну, пойдем, Никак, обедать.
- Я не Никак, а зовут меня никак! – чуть не взвыл я, запутавшись в «не» и «ни».
- Так я и говорю, Никак! Пойдем, Никакушка, пойдем обедать.
Так я целый день у деда в Никаках и проходил. Отучил он меня от своего имени отрекаться.