Вторая мировая война закончилась бы гораздо хуже без капитуляции Японии.
Был июль 1945 года. Манхэттенский проект шел полным ходом уже много лет. Трумэн только что вступил в должность. Он не уделял этому проекту особого внимания. С миром на фирме эксперименты были мало полезны, пока они не показали реальных результатов.
Германия капитулировала два месяца назад. Президент Трумэн присутствовал на Потсдамской конференции в Европе. Он встречался с Иосифом Сталиным и Уинстоном Черчиллем, чтобы обсудить будущее Германии. Но в то время как остальная часть мира находилась в состоянии квазимира, США все еще были втянуты в ожесточенную борьбу с Японией.
За неделю до своего прибытия на конференцию Трумэну позвонил ведущий ученый Манхэттенского проекта Оппенгеймер-младший, который сообщил, что бомба не только сработала, но и оказалась более разрушительной, чем они ожидали. Трумэн был взволнован, что могло показаться мрачным, но у него были на то веские причины.
Он мимоходом упомянул Сталину, что приобрел “новое оружие необычайной разрушительной силы”, Сталин ответил: “Надеюсь, вы примените его против японцев”.
Почему Трумэн решил сбросить бомбу
Решение всегда будет оставаться спорным. Он никогда не может быть полностью разрешен упрощенным способом, на который надеются массы. Судить об этом решении через бинарную матрицу-значит оказать большую медвежью услугу моральным и материально-техническим сторонам дела.
В военном отношении Япония не была похожа ни на одного противника, с которым сталкивались США. Кодекс бусидо, доктрина, по которой жили самураи, глубоко укоренился в японской культуре. Это привело к непревзойденной убежденности во всех точках соприкосновения их военных. Они проявили готовность стоять и сражаться перед лицом неминуемого поражения. Он был полностью продемонстрирован в битве за Окинаву, которая привела к катастрофическим потерям для США.
Япония очень сознательно и успешно передала свое послание: “Вот что произойдет, если вы вторгнетесь на нашу родину.” Их предводители поклялись сражаться до последнего человека. Они часто носили лозунг: “Славная смерть Ста миллионов.” Примечательно, что речь шла не о 100 миллионах смертей в США, а об их собственных. Они планировали развернуть 28 миллионов гражданских лиц, чтобы помочь против вторжения США. У них было 10 000 самолетов-камикадзе и 2500 лодок-камикадзе. Их военные также обязались казнить всех американских военнопленных в первый же день нападения.
Внутри страны американская публика устала от многолетних ожесточенных боев. Более 400 000 солдат уже были убиты. Военные лидеры подсчитали, что наземное вторжение будет стоить по меньшей мере четверти миллиона американских жизней. И наоборот, вице-адмирал Японии Такидзиро Ониси предсказал в общей сложности двадцать миллионов японских смертей в случае наземного вторжения.
С точки зрения логистики, вторжение было ужасным кошмаром для США. Это сделало бы День Д похожим на любительский час. Япония легко воспламеняема и полна маленьких островов. Это была их родная земля, и они были очень компетентными бойцами. И, что примечательно, Япония далеко не так мала, как думает большинство людей.
На личном и политическом уровне Трумэн боялся. Он знал, что массовая гибель людей неизбежна. Он также опасался, что если война будет продолжаться годами и общественность узнает, что у него все это время была ядерная бомба и придется расплачиваться.
С моральной точки зрения, хотя это и ужасно, сбросив бомбу, он не пересечет ни одной моральной черты, которая еще не была пересечена. Ядерная бомба побледнеет в сравнении с кровопролитием наземного вторжения и близостью ближнего боя. Больше всего Трумэна беспокоило то, что Япония будет продолжать сражаться, несмотря на ядерные бомбы. Япония не дрогнула перед взрывами в Токио, унесшими жизни 100 000 человек всего за несколько дней. Их военное правительство по-прежнему мало заботилось о жизни гражданского населения.
После долгих обсуждений со своим адвокатом Трумэн принял меры. Он издал ставшее уже знаменитым предупреждение немедленно сдаться или столкнуться с “быстрым и полным уничтожением”. Япония отвергла это предупреждение и заявила, что отнесется к такой просьбе с презрением.
Как лидеры отреагировали на Хиросиму
Первая бомба упала 6 августа, разрушив Хиросиму, мгновенно убив 60 000 человек. На следующий день шестеро лидеров японского кабинета встретились в бункере императора. Разгорелись жаркие споры по поводу правильного курса действий. Военная фракция утверждала, что они должны продолжать свою стратегию, чтобы обескровить американский боевой дух. Фракция мира заявила, что это будет стоить Японии самой ее цивилизации.
9 августа, после очередного отказа сдаться, вторая бомба попала в Нагасаки. Кроме того, СССР объявил войну Японии и вторгся в их и без того ослабленные позиции в Маньчжурии, Китае. Но руководство Японии продолжало спорить. Они верили, что если продержатся до наземного вторжения, то у них есть шанс измотать своих врагов.
Тем временем Трумэна тошнило от всего пережитого. Он слышал и видел образы последствий бомбежек. Годы участия в войне закалили его. Но это оружие было совсем другого уровня. Он испарил массы людей, в том числе тысячи детей. Он знал, что они причинили большие страдания, последствия которых еще предстояло увидеть. Но он знал, что останется верен своим военным планам.
У Трумэна было третье ядерное оружие, которое должно было быть готово к сбросу к 19 августа и уже находилось в пути. Он полностью намеревался отказаться от него и молился, чтобы Япония сдалась, хотя и считал, что шансы невелики.
Последний час
Первые встречи японских лидеров после Нагасаки зашли в тупик. Император Японии сидел и слушал. Командующий армией заверил его, что они не смогут выиграть наземную войну с США. Его более ястребиные члены повторяли, что они не могут отступить и что США в конце концов устанут бороться с ними.
12 августа они провели официальное голосование и пришли к ничьей. Трое проголосовали за капитуляцию. Трое проголосовали за продолжение борьбы. Они повернулись к императору и позволили ему отдать решающий голос. Он вынес решение в пользу капитуляции, мотивируя это желанием сохранить Японию от полного уничтожения.
14 августа они послали телеграмму в США, в которой заявили, что примут условия капитуляции. Если бы они подождали еще четыре дня, третья ядерная бомба была бы сброшена, и был шанс, что она попадет в Токио.
Это было бы катастрофой
Одно из самых больших заблуждений состоит в том, что США только планировали и сделали две бомбы, чтобы закончить войну. Производство бомб никогда не прекращалось. План состоял в том, чтобы сбросить до семи ядерных бомб к октябрю 1945 года с последующим наземным вторжением. Карта Японии сегодня читалась бы совсем по-другому, если бы это было так. Потери и страдания были бы беспрецедентными.
Капитуляция Японии после бомбардировки Нагасаки была далека от победы человечества. Впрочем, могло быть и хуже. Ядерные бомбы, возможно, положили конец Второй мировой войне. Но они очень сильно ознаменовали начало холодной войны. А страдания в Японии только начались.