Истощение пассионарности

Антрополог Томас Барфильд в книге "Опасная граница. Кочевые империи и Китай (221 г. до н.э. – 1757 г.) раскрывает диалектику отношений кочевников и цивилизации и это имеет отношение к современности.

Кочевые народы не были придатком китайской империи. Кочевники – это «тень», отбрасываемая оседлыми цивилизациями. Формы организации кочевников – это результат не их внутреннего развития, а контактов с более высоко организованными оседлыми соседями.

Все крупные изменения внутри Китая приводили к аналогичным по форме изменениям среди кочевников. Возникновение единой централизованной империи происходило одновременно с политическим объединением степных народов. Периоды же политической раздробленности в Китае совпадали с периодами децентрализации среди кочевников. Пассионарность кочевников требовала либо торговли, либо войны. Они брали количеством. Китайская империя брала дипломатией и политикой.

Современный Китай не желает быть вписан в логику «Империя – Варвары». Технологический прогресс все в меньшей степени зависит от США, а сам Китай от формата «мировой фабрики» переходит к собственной повестке цивилизационного развития, которая поменяет мир-систему. Эту путь к биполярному миру, которому в долгосрочной перспективе может помешать Индия.

Совершенно другое про Россию: периферийность и перераспределение капиталов в пользу центров накопления (Московия, Оффшория) ведет к оголению тылов и окраин. Экономические кризисы только усиливают волю элит на еще более интенсивную концентрацию капиталов в центрах накопления и подрывают основы российской цивилизации. Бессубъектное общество не может этому помешать.