"Зайцы" и "Птицы"
"Стеклянный билет" - так называли бутылку крепкого спиртного напитка, который вручался Командиру воздушного судна, за возможность улететь с ним в нужный пункт назначения. Такой добротой и авиационной солидарностью пилотов пользовались почти все работники авиационной сферы. К этой авиационной категории подмазывались и родственники и друзья и дальние знакомые. Даже не имея форменной одежды, нуждающиеся в перелете, одевали "темный низ - светлый верх", мельтешили пропуском перед носом дежурной на контрольном пропускном пункте и делая вид, что опаздывают, пробегали на летное поле. У кого не было заветного пропуска, пользовались дружескими связями и поддержкой авиационных работников и так же изображая какую -то волшебную уверенность, в спешке проходили к самолету. Нужный экипаж надо было убедить, что очень, очень, срочно и просто необходимо лететь только сегодня и только сейчас, быстро вручался "стеклянный билет" и все. Это были все премудрости быстрого, надежного перелета в период, когда все люди были авиационными" братьями".
Бдительные органы конечно же знали о такой существующей услуге в нашей авиационной семье, но по каким-то причинам не торопились закручивать нам гайки и давали возможность немного злоупотреблять нашим служебным положением. Но, а если " бдительные" органы поймали с поличным экипаж с "Зайцем", то всех участников ждали неприятности на работе и в личной жизни.
За мою авиационную деятельность, в те уже далекие времена, я не помню я ни одного Командира и ни одного Бригадира, которые бы не участвовали в этом" гуманном" процессе по перевозке "Зайцев".
И так, один из случаев, связанный с перевозкой "Зайцев".
Командир воздушного судна, перед посадкой пассажиров, приводит к нам на борт одного "Зайца"-студента Андрея. Почему- то этот студент отступил от неписаных правил такого вида перелетов - быть на "легке", он был не на "легке", а пришел на самолет с огромным чемоданом.
На момент посадки мы спрятали этого Андрея в туалетную комнату, что бы бдительное" око" дежурной по посадке не обнаружило на борту не учтенного человека. Рейс выполнялся с транзитной посадкой в аэропорту Минеральные Воды. Так как почти весь состав бортпроводников еще очень ясно помнил все трудности студенческой жизни, мы активно взяли попечительство над уже нашим студентом, окружили его гостеприимством, заботой и разговорами на еще незабытые студенческие темы.
А в какой аэропорт летит этот студент - мы даже не поинтересовались по логике:" Командир главный, он все знает, а мы ему просто подчиняемся".
В этом полете я выполняла обязанности в качестве бортпроводника- Бригадира. Совсем недавно меня наградили такой ответственностью, и я даже пока еще не очень понимала за что мне все это, списывая данный факт на нехватку квалифицированных кадров и наверное на редко встречающуюся запись в графе в моего диплома "Техник-технолог по обслуживанию пассажиров на борту воздушного судна".
В аэропорту Минеральные Воды наш студент вышел со всеми пассажирами, не сказав нам даже слов прощания и благодарности. Мы очень удивились, что он, после нашей открытости и искренней расположенности к нему, так холодно - просто ушел. После выхода всех пассажиров, мы еще и обнаружили, что наш студент почему- то не забрал свой чемодан. Опять подумали по принципу своей логики:" Командир все знает и все нам скажет". Наш Командир пришел на самолет уже перед посадкой пассажиров, на наш вопрос о багаже студента, он очень нервно отреагировал и высказал нам, т.е. мне свою претензию: "Мы не должны были выпускать студента со всеми пассажирами в транзитном аэропорту, потому что он с нами летит дальше в другой аэропорт. И так как нами была допущена такая оплошность, то разруливать эту ситуацию нам - бортпроводникам, а не ему, и он просит больше не беспокоить его по этому вопросу".
Цепочка недочетов и недопонимания у меня выстроилась: Мы, надеясь на Командира не поинтересовались куда летит студент, наш студент не знал, что выходить нельзя, Командир, взяв "стеклянный билет" привел "Зайца" на самолет и тем самым договоренность свою с ним выполнил.
И вот уже в конце посадки пассажиров, в сопровождении двух работников правоохранительных органов, приводят к трапу нашего студента. Оказалось, что при попытке пройти обратно на самолет, его конечно же не пустили. И наш студент Андрей начал возмущаться и просить вернуть ему хотя бы его вещи, которые находятся в самолете, утверждая, что он летел именно на этом самолете и с этим экипажем. Понятно было его нервное поведение и возмущение: остаться в незнакомом городе и без вещей, ему было очень страшно. Его буйное поведение привлекло внимание дежурных милиционеров, и они привели его к трапу самолета, для выяснения обстоятельств по этой ситуации.
Мне ничего не оставалось , как подтвердить, что этот пассажир действительно летел с нами до Минеральных Вод и у него был билет - мы этот билет видели, а чемодан он просто забыл на самолете, и вот уже в эту минуту, я лично уже собрались сдавать этот чемодан в камеру невостребованного багажа. Всю эту речь я тараторила быстро и громко, периодически кидая пронзительные взгляды на студента, с надеждой, что раз уж так сложилось, то он хотя бы додумается не сдавать нас с "потрохами" милиции. Студенту Андрею разрешили подняться на борт самолета и забрать свой чемодан, но как только студент зашел в самолет, он со слезами на глазах, бросился ко мне моля о помощи: дать в долг хотя бы 30 или 40 рублей, так как он еще никогда не был в такой ситуации, а надо еще каким - то образом ему добраться домой. Чувствуя свою вину за все происходящее, я конечно же достала свой кошелек и вручила свои деньги этому студенту в присутствии дежурной по посадке, Начальника аэропорта, двух работников правоохранительных органов, совершенно не осознавая тогда, что этим (на мой взгляд бескорыстным поступком) сделала эту непростую ситуацию еще хуже.
Не прошло и одного дня после завершения этого рейса, как меня в срочном порядке вызвали" на ковер".
В сопровождении моего начальника службы, я была доставлена к кабинету высокого руководства. У двери этого кабинета, на стульчике, скромно, в ожидании чего-то, сидел и Командир с этого рейса. Стало понятно, что речь будет идти о нашем не долетевшем "Зайце - Андрее". Увидев меня, Командир радостно оживился, схватил за руку и отвел в сторону. Своим улыбающимся мягким голосом, он очень понятно "влил" в уши мне свой монолог: " Он очень долго и трудно шел к своей мечте, добивался авторитета и профессионализма и на его иждивении находится большая семья, а у меня семьи нет, профессия сегодня есть, завтра я выйду замуж, а там декрет и не известно захочу ли я вновь быть бортпроводницей. Так что все это сопоставив, я ничего не теряю, если всю вину за эту ситуацию с "Зайцем" возьму на себя". Конечно же подсознательно мне было обидно, что наш Командир решил поступить не как джентльмен, и пользуясь моей юной наивностью, решил выкрутится один, а не вместе. Но тогда я понимала и его, и из -за того что не чувствовала и не осознавала своей явной вины, со всем согласилась и утвердительно покивала ему в ответ.
Первым в кабинет был вызван Командир, ожидание было неприятным, я отгоняла от себя негатив всей этой чопорной обстановки и гробовой тишины, думая, что никакого преступления я не совершала и в конце концов- не убьют же они меня. Резко открылась дверь, слегка багрового цвета, из нее выбежал Командир, он по - отечески похлопал меня по плечу и ушел. Я расценила это как пожелание держаться и готовиться к худшему. Следующей вызвали меня, страха не было, наоборот, мне было очень интересно рассматривать "высоких " начальников, с которыми я никогда еще не встречалась. Зачитали документ, в котором говорилось о коррупционных действиях экипажа и незаконной перевозке пассажира. Среди главных героев этих событий я услышала и свою фамилию, а в конце я уловила фразу о наказании в виде юридической и административной ответственности. Мне задавали вопросы, на которые я слегка путаясь отвечала, потому что в голове сидела мысль " не запятнать имя Командира". Покачивание головой и не добрые взгляды давали мне основание думать, что" у меня все очень плохо".
Наконец-то меня попросили выйти и подождать за дверью. Сразу же за мной вышел мужчина в гражданской одежде, я откуда- то понимала, что он работник Особого отдела. Он спросил: "Зачем я отдала деньги пассажиру в присутствии работников аэропорта? Это же всеми понимается, как возврат денег за несостоявшийся перелет." Возможно настал момент высшей точки моего напряжения: я по-детски расплакалась и совершенно искренне сказала, что просто помогла человеку, который попал в беду и по моей вине . Мне не очень запомнилась внешность этого мужчины, я только запомнила его взгляд. Он смотрел пристально, не моргая, с прищуром, было впечатление, что он глазами умеет делать рентген. Его взгляд мне напомнил взгляд какой-то хищной птички - орла или ястреба. Он немного помолчал, а потом пересказал все наши действия в этом рейсе, как - будто он был в составе нашего экипажа или нашей тенью. "Так было?"- спросил он. От полной неожиданности, я только лишь кивала ему в подтверждение и думала: " Что теперь будет с Командиром?"
Меня вызвали опять в кабинет и все члены комиссии по очереди говорили, что я поступила как плохой работник и надо бы меня наказать за это, но учитывая мою положительную характеристику, небольшой опыт и стаж в работе, мне дается еще один шанс проявить себя с положительной стороны и доказать что я соответствую занимаемой должности.
Мой покровитель в штатском сидел незаметно и тихо в своем уголке, я плохо видела его, но очень чувствовала его присутствие и его взгляд-рентген. Когда все закончили говорить, он тихим, уверенным голосом мне сказал: "Теория и практика в Авиации - это одно целое, так как все документы, которые мы изучаем, написаны кровью и ошибками моих предшественников, и что бы быть в этой профессии- недостаточно любить людей, сострадать им, качественно и быстро обслуживать, надо еще четко понимать свою ответственность, и что бы чувствовать себя частью большой Авиационной семьи, необходимо уловить хрустальную грань между солидарностью в экипаже и безопасностью полета."
Я до сих пор помню слова этого человека в штатском, действительно я зубрила документы, для галочки, совершенно не вникая в их содержание. В дальнейшем, мне стало легче работать, осознавая свою человеческую и юридическую ответственность перед пассажирами и коллегами.
Командиру видимо тоже высказали все, что он заслуживал, и мы с ним еще неоднократно выполняли совместные рейсы, делая вид, этого инцидента с "Зайцем - Андреем" не было.
Своего спасителя в штатском я больше никогда не видела.
Через несколько лет, я была свидетелем кражи в квартире у соседей. И в процессе этого юридического дела, я лишь только у одного следователя заметила уже знакомый мне взгляд - взгляд той хищной птички. И я не ошиблась, этот следователь нашел грабителей и моим соседям вернули украденные вещи.
Спасибо моей профессии, благодаря ей я научилась определять и чувствовать настоящих профессионалов - следователей.