Домашние животные – это вторые наши дети, которые нуждаются в любви, уходе, ласке и комфортных условиях. Прирученные однажды, собака, кошка или другое животное становится прекрасным другом, верным своему хозяину всю жизнь. В честь наших любимых питомцев даже существует прекрасный праздник, который ежегодно отмечают 30 ноября, – Всемирный день домашних животных.
Предлагаю вместе полюбоваться замечательной дружбой между литераторами и их домашними питомцами.
Иосиф Бродский и его коты
Для Иосифа Бродского коты были буквально тотемными животными — он любил рисовать их, использовать кошачьи словечки в речи и даже признавался в своей мечте стать котом.
Коты стали и героями его поэзии. Одному из них, котенку Пасу, Бродский посвятил целую оду. Его Ленинградский кот, проживший с ним долгое время, умер практически сразу после отъезда Бродского за границу.
Телефонный разговор, по словам друзей Бродского, он частенько заканчивал лаконичным «мяу»
Самым известным котом Бродского стал Миссисипи, который появился у него в Нью-Йорке. Миссисипи был предметом гордости Бродского, и особо значимым гостям поэт предлагал в знак уважения его разбудить. Миссисипи сопровождал Бродского в поездках за город, где увлеченно носился за белками. Когда поэт умер, Миссисипи очень тосковал по нему и еще долгое время продолжал одиноко спать в его кресле.
Владимир Маяковский и французский бульдог Булька
Владимир Маяковский любил ездить во Францию и каждый раз возвращался с шикарными покупками. Как-то раз для своей возлюбленной Лили Брик писатель прямиком из Парижа привёз ей новенький «Рено». Во время очередной поездки в 1920 году его покупки были чуть скромнее: во Франции Маяковский обзавелся самым популярным среди богатых людей аксессуаром — французским бульдогом.
Маяковский так привязался к этой собаке, что она сопровождала его везде и всюду, она стала для него полноценным членом семьи.
Бульдожку поэт всегда брал с собой во все поездки.
Много хлопот поэту доставляла Булька: то и дело Маяковскому приходилось пристраивать щенят по знакомым. Вот и в последний день жизни Маяковского, когда писатель лежал уже на смертном одре, его любимый питомец в той же квартире ухаживал за новорожденными щенками.
Антон Павлович Чехов и мангуст Сволочь
Любимой породой известного русского классика была такса. В его любви к ним чувствуется нрав сатирика. Ведь такса – пародия на собаку, хотя и добрая, и забавная. Как-то друг Николай Лейкин подарил ему двух такс. Антон Павлович назвал их Бром Исаевич и Хина Марковна – имена происходили от названий лекарственных препаратов брома и хины, а отчества были «позаимствованы» от знакомых писателя.
Брат Антона Павловича, Михаил, писал в своих воспоминаниях: «Каждый вечер Хина подходила к Антону Павловичу, клала ему на колени передние лапки и жалостливо и преданно смотрела ему в глаза. Он изменял выражение лица и разбитым, старческим голосом говорил: «Хина Марковна!.. Страдалица!.. Вам бы лечь в больницу!.. Вам ба там ба полегчало ба-б».
Часами он проводил с этой собакой в разговорах, от которых все домашние помирали со смеху.
Они долгие годы провели рядом с писателем. Однако их покой нарушила покупка, сделанная Чеховым на Цейлоне. Оттуда он привез мангуста, перед которым таксы, по выражению самого писателя, «спасовали».
Мангуст в доме Чехова отчаянно дебоширил: разворачивал и разрывал все свёртки, землю из цветочных горшков регулярно вытряхивал, а отца Чехова, Павла Егоровича, то и дело трепал за бороду. Домочадцы дали зверушке вполне заслуженное прозвище — Сволочь.
Последней каплей стал инцидент с мамой Антона Павловича: Евгению Яковлевну магнуст ночью укусил за нос. Чехов вынужден был отдать диковинного зверька в московский зоосад. На следующий день мангуста у Чеховых забрали, в обмен на это вручили один билет на посещение зоопарка. Этим билетом воспользовалась сестра Антона Павлович Маша. Сволочь, просунув сквозь решетку своей клетки лапки, вытащил из ее прически гребешок.
Александр Куприн и Сапсан
Среди питомцев Александра Куприна была даже обезьянка Марья Ивановна. Но любимцами писателя были собаки. Когда он жил в Гатчине, в его усадьбе обитало сразу восемь сенбернаров.
Особым псом в жизни Куприна стал «необычайной красоты и силы пес красно-песочной масти, весом свыше шести пудов», охотничий меделян по кличке Сапсан.
Однажды он спас маленькую дочь писателя Ксению от бешеной собаки, и Куприн отблагодарил своего пса вечной жизнью в литературе — написал рассказ «Сапсан» от лица самого пса.
Эрнест Хэмингуэй
Мало кто подумает об Эрнесте Хэмингуэе как о кошатнике, но он любил кошек, и в течение жизни у него было их несколько. Когда он жил в Ки-Уэсте, штат Флорида, США, капитан одного корабля подарил ему кошку, которую он назвал Снежком.
Необычным было то, что у кота было по шесть пальцев на каждой лапе из-за врождённой аномалии под названием "полидактилия". Сегодня почти у половины из нескольких потомков кошек Хэмингуэя наблюдается та же аномалия. Они живут в его бывшем доме, который переделан в Дом-музей Эрнеста Хэмингуэя.
Чарльз Диккенс
Известный английский классик был страстным любителем собак, они проживали у него дома, он делал их персонажами своих произведений.
Так же у писателя был любимый домашний ворон по кличке Грип, который даже вдохновил его на создание персонажа в романе "Барнеби Радж".
После смерти ворона, Диккенс сделал из него чучело которое хранил на своём столе в качестве источника вдохновения. После смерти английского писателя чучело Грипа было выставлено на аукцион и в итоге приобретено одним американским коллекционером. Сегодня чучело Грипа можно увидеть в музее в Филадельфии.
Фланнери О’Коннор и ходящая задом наперёд курица
До того как стать знаменитым автором рассказа "Хорошего человека найти нелегко" и других блестящих рассказов, Фланнери О’Коннор немного прославилась в 5-летнем возрасте благодаря тому, что у неё была курица, которая могла ходить задом наперёд.
Очарование домашней птицей продолжалось всю её жизнь. Кроме курицы, которую она одевала в наряды, которые шила сама, у Фланнери было несколько любимых павлинов (её любимых животных), а также, по сообщениям, тукан и эму.
Эрих Мария Ремарк
Собаки сопровождали известного немецкого писателя всю его сознательную жизнь. В одном из писем он признался, что четвероногие друзья дали ему «чувство дома».
Двух его любимых собак, в юношестве и в армии, звали Вульф. Последнюю собаку, терьера, звали Билли.
Марк Твен и кот Бамбино
Дома у Твена всегда жили кошки. Среди них встречались даже дрессированные: они по звону колокольчика сбегались на определенное кресло, а по приказу «спать» могли прикинуться спящими. Коты Марка Твена имели свои пристрастия: больше всего им нравилось наблюдать за тем, как писатель играет в бильярд.
Коты, будь у них такие права, могли бы подать на Марка Твена в суд за то, что он придумывал им забавные имена: дома у Твенов жили Зороастр, Апполинарис, Сюр Мэш и Блэтерскит. Такие клички для котов писатель придумывал для того, чтобы дочка тренировалась в произношении сложных слов.
Кроме кошек, дома у Твена жили собаки, белки и черепахи.
Однако главным его любимцем стал кот Бамбино, который появился дома в последние годы жизни писателя.
Марк Твен — большой оригинал в области воспитания кошек — научил Бамбино лакать воду лапой и этой же лапой гасить огонек свечки в маленькой лампе, от которой писатель прикуривал. Этим умением Бамбино писатель гордился настолько, что ни один его гость не мог покинуть дом, не посмотрев на это представление. «Если бы человек мог быть скрещен с котом, это улучшило бы человека, но ухудшило бы кота» — говорил Марк Твен.
Агата Кристи.
Своему хорошему другу, фокстерьеру Питеру, признанная «королева детективов» даже посвятила роман «Безмолвный свидетель».
На первой странице печатного издания так и написано: «Дорогому другу и непритязательному спутнику псу Питеру посвящаю».