Мы прошли вперед по коридору, понимали, что медлить нельзя, но такие шикарные виды - что то кроме бокса. На стенах были экраны - такие же двери. Я решил обернуться, и увидел, что на нашей тоже был такой. Там были наши имена и фотографии, а под ними обратный отсчёт, у всех, кроме старика. У Саймона оставалось 5 месяцев, у меня чуть больше 3 лет, у Стива чуть меньше года.
Так непривычно видеть какое то измерение времени, мы знали что это такое, но ни разу не использовали.
Я читал имена, которые встречались по пути к двери, все на букву С. Она открывалась пропуском, поэтому пришлось вернуться, и найти у пришедших к нам карточки, и открыл.
За дверью было обычное помещение, как из пробивающихся воспоминаний, никакого всепоглощающего света, лампочки. Мы были сильно ошарашены увиденным, ведь кроме бокса, у нас были только обрывки воспоминаний из массовой культуры. Что то из этого могло быть реальностью, но откуда нам знать как отличать одно от другого.
Настораживало и удивляло нас то, что не было никаких сирен, и за нами никого не прислали.
В помещении слева от входа находилось 10 дверей, ведущие в блоки, с другими буквами, и множество мониторов, на которых мелькали такие же, как наш боксы. Не было стульев, или стола, экраны просто висели на стене. В этой комнате был более мрачный интерьер, чем в коробках, мы мечтали такое увидеть.
Кто бы мог подумать, что вся наша жизнь управлялась автоматически, и то таинственное существо, бог, надзиратель, было машиной. Мы решили выбрать дверь, которая судя по обозначениям на стенах не вела в какой либо блок, возможно это выход, либо ещё одно техническое помещение.
Как оказалось, в том помещении автоматически разливали по порциям пищу, и отправляли на конвейере куда то под пол - видимо оттуда оно уходило до коробок. За промышленным оборудованием была ещё дверь, она вела к лестнице, спускающейся вниз.
Наш побег в фантазиях казался нам намного опаснее, скорее казалось, что ничего не получится, чем то, что всё будет так просто. Помещение полностью автоматизировано, только несколько бедолаг бегали по коробкам, и те спали крепким сном у нас в боксе. У них была отдельная комнатушка, на 6 кроватей, и на месте были только двое.
Мы пробирались дальше по этому зданию, и, в следующей комнате мы нашли окно. Никогда в жизни не видел окон, хотя воспоминания о окнах где то были, как и обо всём мире, такими же блеклыми обрывками, как и всё остальное.
Подошли к окну аккуратно, но обомлели, на улице была безоблачная звёздная ночь. Зрелище заставило нас забыть о побеге на несколько минут, и просто стоять.
После мы пожалели о том, что не взяли Стива, хотя респиратора было всего два, и тащить его неизвестно до какого места не хотелось. Кстати, только здесь мы попробовали их снять, воздух ощущался очень легко, только сейчас поняли, чего были лишены.
Мы около часа бродили по пустому зданию, где на каждом этаже что то двигалось, но людей не было совсем. Саймон начал выдвигать безумные теории.
- Ну а может человечество от чего то прячется, и мы не должны покидать комнаты, может мы вообще воссозданные организмы на другой планете.
- Ты на улицу вместе со мной выглянул? Вдали виднелся город, какие к чёрту организмы.
- Ну или искусственный интеллект, как тебе идея?
Я думал что он меня доведет, но мы нашли комнату - архив. Бумажный архив, в нем стояли полки с папками, сортированные по алфавиту.
Сай решил порыться. Он достал случайную папку с полки “С”. Не знаю, везение это или неудача, но он открыл её, вытаращился и открыл рот. Таким его ещё не видел.
Я подошёл и заглянул в папку. Это было досье на Сэма, с его фотографией. Рожа там более отъевшаяся, румяная, чем я его помнил. Надпись гласила, что он был осужден за врачебную халатность, срок чуть больше семи лет.
Саймон забился в истерике. Целый миллион предположений роился над ним последние годы, но сегодня каждая ужалила его. Он выронил папку, упал на пол и прислонился к стене.
- Так это тюрьма, мы преступники?
- Подожди, а там указано что с Сэмом?
Я поднял папку. В самом конце была приписка:”Вспомнил”. И больше ничего про тот инцидент.
- Сай, мы будем искать старину Сэма или линяем? Приди в себя, я не хочу знать, какие тут наказания, кроме одиночки.
- Давай искать, я без него не уйду.
- Смотри, вне боксов здесь повсюду часы, сейчас почти два, ищем до четырёх, и валим.
- Но если не успеем?
- Ты хочешь и ему не помочь, и сам здесь остаться? Давай без глупостей.
- Думаю ты прав, раз мы беглые зеки, лучше так и поступим.
Мы продолжили исследовать это здание, заходили в “С” коридоры на разных этажах, благо, те карточки почти всё открывали. Не было доступа только к трем верхним этажам. С большим трудом, но мы смогли уследить за временем, с непривычки того, что есть настенные часы, поисково - спасательная операция шла даже больше двух часов.
Не найдя его, нам ничего не оставалось, кроме как уйти. Со скрипом в сердце, мы бросили ещё одного товарища в этих стенах, на съедение самому себе.
Можно было врать самим себе, что мы вернемся за ними, и остальными заблудшими душами. Но это слишком нереалистично, вернёмся, только если поймают.
Оставалось выбрать направление. Пока бродили по верхним этажам, мы хорошо осмотрели все окрестности тюрьмы. Выход смотрел на город, правее начиналась река, а сзади стоял лес, до которого можно дойти. Туда мы и направились. Было холодно, костер развести мы не смогли.
За то утром мы грелись на солнышке, искупались в реке. Свобода опьянила нас. И тут я начал вспоминать какие то рваные куски, и не из какого то там фильма, а из своей собственной жизни. У меня начало появляться я. Только вот ухватиться за что то конкретное было пока что трудновато.
- Сай, а ты тоже вспоминаешь?
- Я хотел спросить тебя об этом же.
Мы радовались как дети, простому солнцу, воде, не в стакане, открытому пространству без стен.
Мы просто легли на землю, и слушали тиканье часов, которые Сай благополучно стащил из тюрьмы, они стали для нас чем то особенным, тем, чего нас лишили на годы. Это не подсвечиваемый пол, который одной температуры круглый год.
Весь день мы просто бесились как дети. А вечером уснули прямо на земле. Было холодно, но это чувство тоже было забытым. Мы с радостью вспомнили и его.
Проснулся я посреди ночи. Смотрел на звёздное небо, и никак не мог привыкнуть к такому разнообразию во всём.
