Разговоры про меркантильных женщин не смолкают и продолжают своё победное шествие в интернете. Про корыстолюбивых мужчин также судачат немало. А наш собеседник Лёха по этому поводу в канун мужского праздника вытащил из загашника историю, в чём-то созвучную вилке под кроватью.
— Ну ты сравнил! — Лёха не согласился. — Там чистый прикол из жизни, а здесь на подумать. Хотя… В общем, лет несколько назад двое моих сослуживцев начистили друг другу морды аккурат на следующий день после праздника — Дня Советской Армии и Военно-Морского Флота. То бишь Дня защитника Отечества. Честно говоря, не знаю, какое отношение к этому празднику имеет довольно большое количество мужчин, но традиция такова, что именно в этот день им дарят носки и одеколон «Шипр».
— Ну ты мамонт! «Шипр» вспомнил!
— А я его не зря вспомнил. Подрались мои знакомые как раз по поводу подаренного им дамами на сей всеобщий мужской праздник. Нет, не из-за самих подарков, а из-за «высокоинтеллектуальной» беседы по этой теме. Так получилось, что одному супруга подарила совсем нестандартный набор. Носки в него входили, но запакованные в консервную банку «под тушёнку», четверть (прикинь, это 3 литра!) самогона, а также вручила банку перловки с говядиной, алюминиевые кружку, миску и ложку. Второй же получил на праздник открытку и чмок в щёку.
— Драка состоялась из зависти?
— Мелко мыслишь. Причины экзистенциальные… Но шутки шутками, а спор у них разгорелся из-за того, что один утверждал, что важен сам факт подарка, а второй — что его стоимость и затраченное на него время. Дескать, чем дольше супруга готовится, хочет удивить, тем больше она мужа любит, а открытка и поцелуй, как носки с «Шипром», — это так, дежурный набор. Развод, мол, не за горами.
— А мутный самогон дарить мужу — самое то! — горячился Вован. — Да и где ты тут особые затраты увидел?! Самогон из деревни от соседа привезла, там же и тару, эту бутыль, взяла. А носки в банках и алюминиевую посуду перед праздниками много где продавали. Про консервы уж молчу.
— А открытку купить, конечно, сложно! — Эндрю парировал. — А тут съезди в деревню, всё привези, да втайне, чтобы сюрпризом…
К слову, дегустировали мы как раз тот самый самогон. Ленка его сухим молоком, кажется, подкрасила. Специально, чтобы мутность появилась. Напиток был так себе, но вполне сносный.
Сейчас уже не помню, с чего вдруг мужики стали подарки обсуждать. А основная линия расхождения во взглядах проявилась ещё и в том, что Вован следовал заповедям одного весьма умного популяризатора психологии. Тот когда-то в своей книге написал, что дарить дорогущий букет именно 8 Марта — ущерб семейному бюджету. Днём позже цена упадёт вдвое, а то и втрое. И вообще, дарите женщинам цветы не только по праздникам. Сказано это было походя и с неким налётом иронии. Но Вован, похоже, уловил только первую часть пассажа (про ущерб) и уже несколько лет пытался воплотить в семье это правило. 23 февраля показало, что у него уже почти получилось — какой ущерб от открытки? Однако его жена, как выяснилось в ходе дальнейшей беседы, упорно не хотела оставаться на 8 Марта без букета.
Кто и кого там первый назвал лошарой и подкаблучником, я уже не застал. Но в тёмных очках оба ходили недели две после дегустации. Впрочем, оба ржали, когда этот казус вспоминали.
— А примета-то в чём?
— Ах да, я и забыл! Так вот, Эндрю к 8 Марта также расстарался. Прикупил жене летние модные сапожки, какой-то сказочный букет и заказал дорогущий торт. Подошёл к делу не так творчески, как супруга, но по финансам явно её превзошёл. Вован же ограничился букетом тюльпанов и, там-тададам, — поцелуем! Так что примета для наших дорогих дам звучит так: как 23 февраля встретишь, так 8 Марта и проведёшь…
— Жёны тоже подрались?
— Ну не всё же сразу! Нет, конечно, но вот эта соревновательность в подарках, да ещё порядок в праздниках — мужской, а через две недели женский, думаю, что заметна многим.