Слово «NFT» можно услышать и от хипстеров, и от бизнесменов, и от журналистов. Свою коллекцию NFT выпустила Porsche. Nike купила NFT-студию для создания виртуальных кроссовок. Эрмитаж продал 5 NFT-шедевров за 40 млн руб. NFT засветилось даже в политике — коллекцию собственных карточек представил Дональд Трамп. Ясно одно: мы имеем дело не с минутным увлечением, а с искусством. И пиксельные картинки, которые «даже я бы нарисовал в пэйнте», претендуют на выставки не только в виртуальных музеях.
Если объяснять простыми словами, NFT может быть все, что угодно, у чего есть персональный адрес. Допустим, вы приобрели NFT-арт. С одной стороны, он принадлежит именно вам. А с другой, как вы это сможете доказать, ведь в интернете нет права на собственность. Любую картинку можно размножить банальным скриншотом. И тогда непонятно, кто украл, а кто владелец оригинала (копии картинок идентичны!). Для этого и нужен NFT.
В свойствах NFT-арта указано, мол, эта работа принадлежит именно Пете. И как бы воображаемый вор Вася не пытался приватизировать понравившуюся картинку, реестр блокчейна (открытая для всех записная книжка покупок и продаж) все равно будет настаивать на принадлежности арта Пете.
Что ещё интересно: копию Ван Гога сегодня можно заказать в интернете, а упомянутый Porsche взять в аренду на несколько часов. При этом, в социальные сети не обязательно сообщать факт аренды, можно публиковать фотографии и казаться, а не быть. Так стираются понятия о владении.
Американский исследователь технологий Юджин Вей предложил концепцию Status as a Service, согласно которой люди — обезьяны, жаждущие социального статуса. В этом, на мой взгляд, кроется популярность NFT-артов — это способ показать другим, чем ты обладаешь в цифровом мире, насколько ты богат, ведь NFT-картинка, поставленная на аватар в соцсети, может стоить как квартира в Петербурге.
В мета-мире каждый может стать этаким Щукиным и Морозовым, собирать целые коллекции. Интересен и подход к коллекционированию. Можно сказать, что NFT – это аналог марок или бейсбольных карточек, так популярных в США.
Еще один плюс NFT как технологии для креаторов — доступность, возможность выйти на рынок искусства без участия кураторов и выставочных залов. Достаточно иметь сообщество поклонников твоих работ в сети. «ВКонтакте», понимая этот тренд, запустили в конце 22 года NFT-платформу. Инстаграм (продукты компании Meta признаны экстремистскими и запрещены в РФ) разрешил публиковать и продавать NFT как диджитал арт.
Другой распространенный вопрос: а корректно ли сравнивать вклад в искусство импрессиониста Ван Гога с NFT-дуэтом Хакато? Грубо говоря, может ли влиять цифровое искусство на физический мир? Мне кажется, что может. Искусство отражает мир, и чем NFT не отражение чувств и проблем?
Здесь можно вспомнить первых импрессионистов. Конечно, после реализма XIX века, работы Моне, Мане и Ренуара могли показаться критикам тех лет сущей мазней. Нежные чувства выглядели смешно по сравнению с эпическими полотнами предшественников. Интересно, что через тридцать лет точно также о первых авангардистах отзовутся старожилы импрессионизма. Но, как показывает практика, ценность искусства определяем не мы, а новое поколение.
Читатели, а вы как думаете, станет ли NFT искусством?
Что вы знаете об NFT?
И, завершая час NFT-технологий на «Вечернем ТелеграмеЪ», знакомим вас с нашим дружественным телеграм-каналом «NFT на доступном» – на днях там вышел любопытный материал, простыми словами рассказывающий о том, что же такое NFT.
Карточки с ответами на самые часто задаваемые вопросы на непростую для многих тему, подготовленные нашими коллегами – вашему вниманию.
