Он провел в больнице 1,5 долгих года и практически каждый день я была рядом. Его новые друзья и знакомые потихоньку умирали, кого-то выписывали и это вселяло надежду. Больше чем через год было принято решение удалить долю легкого. Операция была сложной, а реабилитация долгой. Через какое-то время он пошел на поправку, но был очень слаб. Вскоре его выписали это было счастье! Почти все наше окружение не знало, что он болел, а если и знали, то не знали чем. Через месяц после выписки мы уже гуляли на свадьбе моей подруги. Любимый восстановился в институте и за короткое время экстерном сдал два курса, тем самым снова попав в свою группу. Я к тому времени уже окончила институт с отличием и работала в банке.
Он провел в больнице 1,5 долгих года и практически каждый день я была рядом. Его новые друзья и знакомые потихоньку умирали, кого-то выписывали и это вселяло надежду. Больше чем через год было принято решение удалить долю легкого. Операция была сложной, а реабилитация долгой. Через какое-то время он пошел на поправку, но был очень слаб. Вскоре его выписали это было счастье!
Почти все наше окружение не знало, что он болел, а если и знали, то не знали чем. Через месяц после выписки мы уже гуляли на свадьбе моей подруги.
Любимый восстановился в институте и за короткое время экстерном сдал два курса, тем самым снова попав в свою группу. Я к тому времени уже окончила институт с отличием и работала в банке.
