Как корит себя Валентина, что отвлеклась от любимой телепередачи «Жди меня» и буквально на минутку вышла в кухню. Уже стоя в дверях, услышала мужской голос:
— Валя, я тебя сильно обидел. Если можешь, прости. Давай встретимся и поговорим.
Ее словно окатило ледяной водой, внутри все захолонуло, и только в мозгу билась одна-единственная мысль: «Неужели это он, Сергей? Неужели?..».
… Не Вале судить о высшей справедливости, но судьбе было угодно послать ей самые тяжкие испытания. Немцы заживо сожгли маму, тетю, двоих братьев и двух сестер. Из некогда огромной семьи они остались вдвоем с братом, да и того, ушедшего на фронт, разыскать удалось лишь через Москву уже после войны.
Надо ли удивляться, что девушка пыталась найти лучшую долю, и в результате оказалась в городе Советске Калининградской области. А точнее, стала работать поваром в воинской части, где суждено было встретить Его.
Сейчас уже не помнит, как произошла встреча. Сергей проходил срочную службу — может, был тогда дневальным на кухне? Как бы там ни было, вскоре они уже встречались. Ходили в кино, любовались удивительными закатами (все было, как у всех влюбленных) и даже строили планы на будущее. Вернее, строил он, Сергей, обещая любимой девушке чуть ли не золотые горы.
А потом… Потом Валя поняла, что беременна. Шел 1957 год, и она, зная, насколько неодобрительно воспримут новость окружающие, хотела сделать аборт. Сергей резко воспротивился:
— Ни за что! Скоро демобилизуюсь, мы будем вместе, и все будет хорошо.
Светлое будущее, до которого, казалось, рукой подать, померкло в одночасье. Однажды Валя пришла на склад получать продукты для кухни, а дежурный прапорщик вытаращил на нее глаза:
— А чего ты на работе?!
— Где же мне еще быть? — вопросом на вопрос ответила она.
А тот продолжал:
— Но ведь твой Сергей уехал!
— Ну и шуточки у тебя, ведь сегодня не первое апреля, — Валя еще думала, что это плохой розыгрыш, но улыбка на лице непроизвольно сменилась плаксивой гримасой.
Это была правда, прапорщик не шутил. Сергей действительно уехал, однако это был не тот случай, когда солдат заканчивает службу и возвращается домой. Он попросту сбежал, некрасиво, не по-мужски, побоявшись даже встретиться на прощание. Вот только, почему, Валя не поняла до сих пор.
Через день к ней, опухшей от слез, пришел его командир, следом — замполит. Как все, они знали об их отношениях и пытались разобраться, что произошло. Предлагали воздействовать на Сергея, но Валентина отказалась категорически: навязываться человеку, который ее бросил, даже в таком положении она не хотела.
Единственное, взяла предложенный адрес и послала письмо, в котором каждая строчка, каждое слово говорили о боли и непонимании. А через пару недель из-под Риги, где в деревне жила мать Сергея, пришел ответ. Чужой рукой было написано о чужом человеке: «Он здесь пьет и гуляет. А что ты хотела, милочка?..».
И тогда она решилась. В больнице никто, конечно, не брался делать аборт в шесть месяцев беременности. Валя упросила гинеколога, хорошую свою знакомую, и та вызвала искусственные роды. Мальчик еще был живым, и умер буквально на глазах у молодой женщины, которая, может, только в ту трагическую минуту осознала, что натворила. Над крошечным трупиком, обливаясь горючими слезами, она поклялась, что больше никогда в жизни рядом с ней не будет мужчины.
Свою клятву сдержала. Вскоре уехала подальше от воинской части, где нашла свое счастье и самое большое горе. Жила и работала в городе, где жил ее единственный брат. Были и поклонники, и претенденты на ее руку, но ее окаменевшее сердце навсегда осталось холодным.
Оттаяла Валентина только для внучатого племянника (сына племянника), которого воспитывала с 13 лет. Парень вырос замечательный, получил два высших образования, работает преподавателем и придает смысл ее одинокой жизни.
Сергея до сих пор не простила, слишком велика обида не за поруганную честь — за сломанную судьбу. А вот перед их ребенком, чем дальше, тем больше винится и кается, и уже трижды ездила на дорогую могилку.
Но вот эта передача и эти слова: «Валя, я тебя сильно обидел»… И хотя Валентина не на сто процентов уверена, что человек, произносивший их в московской телестудии, — тот, кого она любила, ей хочется надеяться и верить. А еще больше — посмотреть ему в глаза.