5 февраля 1836 года в семье священника Нижегородской губернии родился литературный критик Николай Александрович Добролюбов. Его личность наряду с Белинским и Писаревым стала знаменем революционного движения. Во времена СССР им воздавались официальные почести, ставились памятники. С другой стороны, даже Герцен видел в Добролюбове лишь революционного фанатика. Достоевский, отмечая "ясность и простоту" добролюбовского стиля, обвинял критика в попытке превратить искусство в утилитарный инструмент революции. Впрочем, и Федор Михайлович, и Герцен прекрасно понимали: Добролюбов был вовсе не литературным критиком, а политическом пропагандистом. Недаром его взяли на щит все левые движения конца XIX – начала XX веков.
Кстати, Добролюбов помимо "Луча света" и обличения обломовщины еще всерьез занимался вопросами образования. Всё верно! С этого начинают почти все идеологи и коноводы будущих революций. Вспомним хотя бы "Энциклопедию" Дидро и д’Аламбера. Именно поэтому революционерам и был ценен Добролюбов. Причем замученный царским режимом, а не умерший от банальной чахотки. Кстати, от туберкулеза в те же годы скончался Николай Александрович, старший сын Александра II, который должен был после отца занять трон…
И еще. Статья Добролюбова "Луч света в темном царстве" о пьесе Островского "Гроза". Не разбирая критические подробности и околичности, что хочет донести до нас Добролюбов? "Луч" – это Катерина, которая в качестве протеста против гнета старших, властей, так сказать, кончает жизнь самоубийством. Значит, греховность поступка и христианские заповеди – побоку. Да здравствует самоубийство? Так, что ли? А в итоге, как обобщение: самоубийство Катерины – это протест против существующего порядка. Тонко состряпано. Частный случай Островского, его попытка показать нелегкую судьбу женщины, попытка обратить внимание на проблему Добролюбовым уже подается в качестве императива, политического манифеста…
Мы улыбаемся, говоря – средняя температура по больнице. Скажем, двадцать человек вполне нормально себя чувствуют – 36 и 6. А один умирает от горячки – у него температура за 40 градусов. А в среднем – все нормально. Правда, к утру одного пациента недосчитаются… Так вот, Добролюбов как раз не улыбался: у него наоборот средняя температура по больнице – выше 40 градусов. Он частный случай возводил в квадрат и делал аксиоматичный вывод: вот этот, умирающий от горячки – это настоящий борец, а те, кто с нормальной температурой – жалкие и никчемные прожигатели жизни.
Добролюбова, например, прямо-таки бесил Пушкин. Ну, естественно, широкая жизнелюбивая натура, солнце русской поэзии, вечная влюбленность, мудрость и всеотзывчивость – это все было чуждо поповичу с идеями всеобщего утилитарного счастья. Добролюбов так и резал афоризмами: "Любовь – это физиологическое влечение полов друг к другу". Вот так! А вы тут про какое-то "я помню чудное мгновенье"… И еще: Добролюбов утверждал, что Пушкин, дескать, смог овладеть только формой народности, а не ее духом. А причем тут народ? А как же! Добролюбов жил во времена распускания ядовитого цветка под названием "Народная воля". Народ-то сам по себе, конечно, лаптем щи хлебает, вилами разгоняет облака. Но именно он должен стать пушечным мясом будущих революций. Тут все глубже. Тут как в автогонках. Всегда найдется какой-то советчик, который будет предлагать: я знаю, как выиграть гонку. Давайте попробуем забыть про тормоза, и повороты будем проходить на полной скорости. Победа обеспечена! Только дайте я выйду из вашей машины, чтобы со стороны посмотреть за вашим стремительным полетом и насладиться вашим триумфом.
Ленин прекрасно понимал, что такое для революции Добролюбов. Он так и писал: "Из разбора "Обломова" он сделал клич, призыв к воле, к активности, революционной борьбе. А из анализа "Накануне" – настоящую революционную прокламацию. Вот как нужно писать!"…
А Ленин знал толк в таких делах.