Трехчасовое интервью Юрия Дудя (признан иноагентом – «МК») с Оскаром Кучерой вышло нестандартным, поскольку Оскар поддерживает спецоперацию России на Украине. Большую часть времени на эту тему и говорили.
После выхода передачи волна хейта обрушилась на собеседников. Досталось и одному, и другому. Оскар Кучера рассказал, почему не жалеет, что согласился на беседу, и какие выводы сделал для себя.
В середине января вышло скандальное интервью Юрия Дудя с Оскаром Кучерой. Называлась программа: «Разговор с тем, кто поддерживает армию России». В начале беседы Дудь признался, что просил об интервью многих сторонников спецоперации, но согласился только Кучера.
На наши вопросы Оскар ответил в письменном виде.
- Как долго Дудь уговаривал вас на интервью?
- Недолго. После того, как я узнал тему разговора, а в его письме она несколько отличалась от того, что вы увидели в интервью, я дал добро на встречу.
- Ранее вы смотрели программы Дудя?
- Последний выпуск, который я смотрел, и то кусками, был с Моргенштерном (признан Минюстом РФ иноагентом – «МК»). Я не готовился к интервью, так как даже представить себе не мог, что кто-то захочет с артистом говорить о глубинных политических процессах.
- Когда была запись программы?
- В конце декабря, встречались мы не в России. Дудь заранее сказал, что мы будем говорить о Муз-ТВ, сериале «Солдаты», 90-х, музыке, о русском Top Gear (версия популярной британского программы об автомобилях – «МК»). О том, что мы коснемся моей гражданской позиции, он тоже упомянул. Но это не должно было стать основой интервью.
- Жалеете, что согласились?
- Не жалею. Мне это показало «порядочность» типичного либерала и дало возможность разобраться в сути проблемы. А также теперь я знаю, что с лицом уставшего мудреца и цифрами в розовом телефоне можно нести абсолютную чушь и врать… Так много просмотров было, вероятно, потому, что я был первый из его гостей, кто находился по другую сторону баррикад.
Интервью длилось четыре с половиной часа. Треть материала была вырезана. Хотя, надо признать, разговор нарезан искусно.
- Были моменты, когда вам хотелось закончить это всё?
- Было непросто. Я пытался с ним разговаривать как с человеком, который способен слышать и сомневаться. Но его уверенность и безапелляционность сбили меня с толку.
- На протяжении всего интервью вы улыбались. Вас ничего не злило, не раздражало?
- Цезарь, ты злишься — значит, ты не прав. Я не злился. А вот раздражение было, потому что он просто не хотел слышать. Вероятно, это и вызвало такой эмоциональный поток лишних слов.
- Какое впечатление произвёл на вас Дудь?
- До интервью был достаточно мил. После тоже. Отсняли, пожали руки и разошлись.
- После выхода программы связывались с Дудём?
- Нет.
- Вы сами посмотрели программу?
- Посмотрел, с трудом выдержал. Замечаний к себе много. Но главное, это вывод: не надо говорить с тем, кто не хочет тебя слышать.
- Как вы выдерживаете столько критики, которая обрушилась на вас?
- Все, что не некролог, то пиар. К этому я отношусь с юмором. Скажу больше, что некоторые высмеивающие меня пародии просто великолепны. Сам над ними хохотал до слёз.
- Друзья, близкие вас поддержали или сказали: зря согласился?
- Друзья, семья знают меня. Знают мои сильные и слабые стороны. И, конечно, над некоторыми моими перлами мы с ними вместе смеялись.
- Какие выводы сделали для себя?
- Когда идёшь в стан врага, надо хотя бы бронежилет надеть, даже если тебя пригласили на чай.
- Если через год Дудь ещё раз пригласит вас на интервью, пойдёте?
- Теперь я бы сам его с удовольствием пригласил бы его на интервью. И открыто бы обозначил тему нашего с ним возможного разговора, не прикрываясь мишурой. Юра, поговорим?
Подпишитесь на Telegram "МК": еще больше эксклюзивов и видео!
Автор: Ирина Боброва