Из дебатов в заседании Третьей Государственной Думе [1].
[1] Вятская речь. 1908. № 24.
Далее депутат В. Антреп[1] отвечал на возражения депутатов Масленникова[2], Родичева[3] и Кулюбакина[4]. Одно из них о выделении денег только на новые школы посчитал ошибочным. На отсутствие планомерности в проведении реформы возразил тем, что без основных положений о какой-либо планомерности разговор не имеет смысла. И еще попросил в предложении оправок не уходить в мелочи и детали.
Еще раз подчеркнул важность школ национальных. «Высоко ставя национальный принцип, отношусь с наибольшим уважением к национальной инородческой школе с точки зрения высшей правды и педагогических требований. Национальное образование в инородческих школах должно быть на материнском языке. У нас в России живут народы, говорящие на 109 языках, в том числе масса инородцев не имеющих письменности…»
Далее В. Антреп говорит о роли в школе изучения государственного языка. И тут встал вопрос о школьном образовании в Царстве Польском. Депутат Ржонд[5] усомнился, что из денег выделяемых какая-то часть пойдет в польские школы, и добавил, «если эти копейки и пойдут, то развратят душу ребенка». На что депутат Антреп возразил, что при возможных ошибках в польской школе, все ж нельзя называть эти действия развращающими. И высказал радость, что голоса польских депутатов не являются решающими при принятии законопроекта, иначе и близко бы не пришли к принятию законопроекта о всеобщем образовании, ибо идея их такова – пусть гниет в невежестве русская страна и поэтому не стали голосовать за проект. И завершил выступление обращением к польским депутатам: « если говорите нам, что не голосуете за эти 5,5 миллионов (на всеобщее начальное обязательное образование), то я понимаю это так: имея право на благо знания и прогресса, а вот нам в этом готовы отказать?»
[1] Василий Константинович фон Анреп (1852–1927), врач, физиолог и фармаколог. Член Третьей Государственной думы.
[2] Михаил Иванович Масленников (1870 — ?) — депутат Государственной думы I созыва от Тверской губернии. Из мещан города Бежецка. Учился на медицинском факультете Московского университета.
[3] Фёдор Измайлович Ро́дичев (1854, Петербург, по другим данным — деревня Вятка Весьегонского уезда Тверской губернии — 28 февраля 1933, Лозанна, Швейцария).
[4] Алекса́ндр Миха́йлович Колюба́кин — российский политический деятель. Член III Государственной думы от Санкт-Петербурга.
[5] Антон Мартинович Ржонд (11 июня 1865, Галензов, Люблинской губернии — 1 июля 1940, Варшава, Польша) — врач, депутат Государственной думы I и III созывов от города Лодзь.
Современное здание Келмаксолинской школы в Советском районе Республики Марий Эл.
В 2019 году я был в этой школе, открытой как церковно-приходской в 1886 году. Кроме даты открытия никаких сведений не было известно. А ведь эта школа аккурат яркий пример той церковно-земской модели образования, на наследстве которой построена была советская школа.
В предыдущей статье я рассказал о земской Коноваловской (Разбойниковской, Пушкинской) школе. А в Кельмаксоле школа состоялась благодаря священнику И. Тепляшину, родившемуся этих местах….
«6 октября 1888 года священник Вятского Спасского собора Иоанн Тепляшин в бытность свою в селе Люперсольском – на месте своей родины, пожертвовал на нужды Шудасолинской школы грамотности 100 рублей с обещанием каждогодно жертвовать эту сумму и впредь до самой смерти. Вследствие этого число учеников стало возрастать, и уже к декабрю достигло 35 человек, вместо бывших прежде 17, но могло быть и более, если бы не препятствовала тому теснота помещения. Значительное пожертвование о. Иоанна Тепляшина, а особенно готовность его ежегодно жертвовать и впредь означенную сумму расположили к жертве и черемис поименованного выше общества; они в числе 64 человек, обязались постановленным ими приговором доставить бесплатно собственного леса до 250 бревен на постройку особого здания для инородческой школы грамотности, но при этом выразили желание, чтобы здание для школы было поставленное не в деревне Шудасоле, где в то время находилась школа, а в центральном их селении Кельмаксоле; побуждением к такой перемене места послужило следующее замечательное для местных жителей событие. Черемисы Великореченской волости, находящейся в районе прихода села Люперсольского, подавали на Высочайшее Имя всеподданнейшее прошение о разрешение им исполнять языческие обряды. Вятская духовная консистория… предписала через благочинного священника села Люперсольского, чтобы в скорейшем времени озаботились открытием в своем приходе церковно-приходской школы для черемисских детей и при обучении их грамоте преимущественно обращали внимание на преподавание Закона Божия, разъясняя православное учение против странной и невежественной секты Кугу-Сорта. Посему-то Шудасолинская школа грамотности, переведенная в деревню Кельмаксола и обращена в церковно-приходскую, как по вниманию к тому, что означенная деревня составляет центральное место для всего черемисского населения прихода села Люперсольского, так и потому, что школа эта достаточно обеспечена средствами, благодаря ежегодному жертвованию священником Иоанном Тепляшиным показанной выше суммы и его особой заботливости о ней, как попечителя»[1].
Здесь все и противодействие язычеству, и распространение грамотности аккурат из местного марийского (черемисского в давнюю пору) населения…
И вот, подумалось, из 600 тысяч покоящихся в польских землях и освобождавших совершенно чужую ныне Польшу советских солдат, есть и грамотные благодарные Родине марийцы из Кельмаксолинской округе…
К слову, в упоминаемом селе Люперсольском в 1872 году было открыто училище Министерства народного просвещения с классами ремесел…
[1] Вятские епархиальные ведомости. 1890. № 12.