– Нет, она настоящая! – раздался смех, и Макс впервые увидел Рагху. Его имя означало “быстрый”. Но об этом Макс узнал гораздо позже, а сейчас он еле сдерживал раздражение от длительного ожидания.
– Э… Здрасте! Могу я здесь сдать на базовый уровень и получить файл?
– Без проблем! Хоть прямо сейчас! Хотите?
– То есть как? – опешил Макс. Он слышал, что для того, чтобы закрыть базовый, нужно от 3 месяцев ежедневно заниматься йогой и медитацией.
– Ну вот так! – поднял бровь этот щупловатый, со смуглой кожей, мужчина лет пятидесяти, от которого исходило что-то очень ощутимое, но совершенно непонятное. – Или вам терпит? – с хитрецой добавил он.
Раздражение Макса поутихло, пришла досада.
У него не терпело, у него горело. Синим пламенем. Без файла ему грозило выселение в Майю.
Так иронично называли кварталы за пределами города, в которых жили отказники. Публика была очень неприятная. Бунтари всех мастей, от лентяев до идеологических, не пожелавшие проходить Всеобщую Подготовку. Откровенно, и даже с надрывом, прожигали они свою жизнь, невзирая ни на какие правила общественной морали. Бандитизм, проституция, наркотики, пьянство цвели в Майе буйным цветом. И раз такой уровень развития был выбором его жителей, правительство ни во что не вмешивалось. В Майе умереть можно было от чего угодно, и случиться это могло в любой момент.
– Хочу прямо сейчас, – твёрдо произнёс Макс.
– Прекрасно!
Хозяин заведения приблизился к Максу и осмотрел его лицо:
– Зови меня Рагху. Что ж ты так забуксовал, парень? Уже многие успели полностью освободиться и покинуть это измерение, а ты даже на базовый не сдал. Вроде здоров и не глуп… Напряжения, конечно, на два ядерных хватило бы. Но это ж и потенциал! Хорошо, давай начнём, если ты готов.
Рагху опустился в тёмно-синее, расшитое золотой нитью потрепанное кресло и указал Максу на циновку на полу.
На ней было страшно неудобно. Во всяких там лотосах-полулотосах Макс сидеть не умел, а на коленях ноги затекли почти сразу.
Наблюдая за тем, как новоиспеченный ученик неуклюже пытается устроиться на полу, Рагху наблюдал за ощущениями в своём теле. Тот участок внутри него, что отражал Макса, ощущался как множество воткнутых ржавых гвоздей, пропитанных ядовитой смесью. Он пульсировал и кровоточил, стянув на себя значительную часть внимания.
– Твоё имя?
– Макс Снэч.
– Ок, Снэч. Замри. Скажи мне, что ты чувствуешь прямо сейчас?
Макс закрыл глаза и попытался выяснить, что же он чувствует. Однако внимание скакало, как уличная собака на свежих помоях. Впечатлений была масса, ум взрывался от необычности ситуации, сердце колотилось до шума в ушах, а в глазах и вовсе стояла та самая красотка, на которую он подумал, что она робот. При этом ощущалось непривычное давление на всё его существо – ощутимое и приятное, клонившее в сон.
– Соберись!
– Э... много чего…
– Так. Вставай и раздевайся.
– ??
– Полностью.
Макс вскочил на ноги и отпрянул назад.
– Зачем это??
– Что, неожиданно?
– Неожиданно! – возмущенно воскликнул Снэч.
– Ну? Что ты чувствуешь сейчас?
– Я в шоке!
– Это не чувство.
– А… ну, удивление.
– Что ещё?
– А что ещё-то?
– Смотри в себя!
– Ну.. Ещё стрёмно.
– Отчего же?
– Ну, мало ли. Догола раздеваться.
– Страшно?
– Да нет…
– Точно?
– Ммм… да, страшно. Вы вообще очень странный! Непонятно, что от вас ожидать.
– О, ну вот! Отлично! Что ещё чувствуешь? Стыд?
– Само собой. Голый, да ещё перед мужиком.
– Так ты ж ещё в одежде!
– Ну, я представил…
– Ага, представил. Ну, ладно, отбой. Не нужно раздеваться. Это я тебя немного расшевелить решил. Садись, не бойся, – Рагху тепло посмотрел на молодого человека и усмехнулся. – Представил он, – и засмеялся так звонко и заразительно, что Максу тоже стало смешно.
Развел его Рагху. Было, конечно, досадно. Но не смеяться он не мог. Смех скоро превратился в хохот и становился всё сильней. Напряжение волнами выходило из его тела. Он повалился на бок и стал ржать, как сумасшедший. При этом откуда-то он наблюдал за тем, как корчится его тело, как по щекам текут слёзы, и ощущал присутствие Рагху, его успокоенность и какое-то тепло. Наконец смех прекратился, как ливень проходит в летний день. Впервые в жизни Макс ощутил полную безопасность. Он благодарно улыбнулся. И вдруг обмяк, провалившись в глубокий сон.