Светлана Петровна подошла к шкафу, стоявшему у стены, и открыла верхнюю дверцу. Она вытащила оттуда небольшую белую картонную коробку с красным витиеватым узором и поставила на стол.
– Угощайся, – она подняла крышку. В коробке лежали роллы.
– Ого, вот это праздник!
– Да ничего особенного. Просто вчера было лень куда-то идти ужинать, поэтому заказала домой роллы. Но вот осталось, и я принесла их на обед. Не хочу никого видеть, просижу весь обед лучше тут. Бери вилку, палочек, к сожалению, не захватила.
– Жаль, что я не могу ничем тебя угостить. Я планировала просто пообедать в буфете.
– Угостить! Точно! Смотри, что у меня есть! – Светлана Петровна снова подскочила к тому же шкафчику и достала оттуда открытую бутылку вина. – Давай по чуть-чуть!
– Но мы же на работе, а если… – растерялась вдруг Ирочка.
– Если что? Начальник увидит? – рассмеялась Светлана Петровна. – Не увидит, я тебе обещаю! Я буду пить с закрытыми глазами! И тебе тоже советую поступить точно так же, чтобы я не упала в твоих глазах.
***
Во время обеда со Светланой Петровной Ирочку никак не покидала мысль, что нужно будет подойти к кому-то из мужчин и попросить о помощи. Женечку она боялась как огня: каждый раз, когда он заговаривал с ней, её сердце начинало бешено колотиться как у школьницы, влюбившейся в молодого учителя, уши предательски горели, ладошки потели, во рту пересыхало. Её всю парализовывало от страха и она не могла вымолвить ни слова. А вот Синичкина она совершенно не боялась и вела с ним совершенно свободно. Даже могла прикрикнуть на него, когда он отчеты не мог вовремя сдать. Так кого же ей позвать на почту?
– Может, тебе еще для храбрости плеснуть? – Светлана Петровна словно прочитала сомнения Ирочка.
– Нет, что ты! Мне достаточно! – запротестовала та, отодвигая от себя кружку. Идея – пить вино во время рабочего дня из кружек в кабинете начальницы – уже была сама по себе странной.
– Еще чуть-чуть! – не унималась та и налила еще.
Наконец обед закончился, и Ирочка, слегка раскрасневшаяся и приободренная после выпитого, подошла к Женечке. Тот сидел на своем рабочем месте и усердно создавал видимость работы.
– Светлана Петровна просила Вас помочь мне с посылками, – преодолевая волнение, произнесла Ирочка. – Вот извещения.
Хоть она и выпила для храбрости, но страх все равно полз противной гусеницей вдоль позвоночника. Женечка, демонстративно закатив глаза, отложил в сторону папку с бумагами. Синичкин в этот момент словно бы ненароком уронил на пол пресс-папье и оно раскололось на две части.
– Теперь понятно, почему жертвой выбран я, – хмыкнул Евгений Павлович, бросив быстрый взгляд на неудачливого коллегу. – Хорошо, идём. Только предупреждаю, у меня очень много дел и совершенно нет времени с вами разгуливать просто так.
Евгений Павлович поднялся со своего места и направился к выходу, не потрудившись даже подождать коллегу. Он снял с вешалки пальто, шляпу и скрылся за дверью. Ирочка в спешке вернулась к своему столу, схватила сумочку и затолкала в неё почтовые извещения. Затем она подскочила к вешалке, накинула на плечи пальто и вылетела вслед за Женечкой.
Синичкин печальным взглядом проводил обоих и принялся собирать осколки стеклянного пресс-папье.
– Ираида Степановна… – начальница выглянула из своего кабинета. – А… Уже ушли…
Тогда она перевела взгляд на Синичкина:
– Василий Николаевич, вот еще одно уведомление, которое я забыла отдать. Догоните, пожалуйста, своих коллег, пока не поздно.
Синичкин радостно подскочил на ноги, оставив лежать осколки на полу, схватил со спинки стула серый пиджак и случайно уронил фикус, стоявший рядом.
Он уже был в дверях, когда его окликнула начальница.
– Василий Николаевич! Уведомление!
– Ах, да, конечно! – он развернулся на полпути, забрал заветную квитанцию и скрылся за поворотом.
– Как малые дети! – Светлана Петровна развела руками и вернулась к себе в кабинет. – Верочка, кофе!
Верочка снова засуетилась у кофейного столика. Брюнетка недовольно хмыкнула. Еще бы! Вокруг её персоны никто не крутился и, кажется, даже нарочно забыла про неё.
(продолжение следует)