Командир российского танкового взвода с позывным «Суетолог» сумел доставить на свои позиции украинскую бронемашину на Запорожском направлении. Об этом, передает корреспондент «ПолитНавигатора», он рассказал в интервью «Аргументам и фактам». Речь шла о польской модификации советского танка Т-72А, поставленного ВСУ. «Подъехал к нашим рубежам. Обзор у танка маленький, и его, по-видимому, никто не корректировал. Просто ему поставили задачу поехать туда-то и нанести там огневое поражение. Командир танка вылез, чтоб оценить обстановку и направился в лесополку. Но перепутал — и зашел к нашим. Они его и взяли. А танк остался.Механик и наводчик вскоре смекнули, что командир не туда пошел, вылезли — и побежали к своим. А те приняли их за наших солдат — и уничтожили огнем из стрелкового оружия. От плененного командира танка мы уже знали о том, что на машине потекла трансмиссия, она не запустится и не уедет, и мы там останемся. Принял решение взять с собой еще один танк и тросы, чтобы его тянуть.П
Командир российского танкового взвода с позывным «Суетолог» сумел доставить на свои позиции украинскую бронемашину на Запорожском направлении.
Об этом, передает корреспондент «ПолитНавигатора», он рассказал в интервью «Аргументам и фактам».
Речь шла о польской модификации советского танка Т-72А, поставленного ВСУ.
«Подъехал к нашим рубежам. Обзор у танка маленький, и его, по-видимому, никто не корректировал. Просто ему поставили задачу поехать туда-то и нанести там огневое поражение. Командир танка вылез, чтоб оценить обстановку и направился в лесополку. Но перепутал — и зашел к нашим. Они его и взяли. А танк остался.Механик и наводчик вскоре смекнули, что командир не туда пошел, вылезли — и побежали к своим. А те приняли их за наших солдат — и уничтожили огнем из стрелкового оружия. От плененного командира танка мы уже знали о том, что на машине потекла трансмиссия, она не запустится и не уедет, и мы там останемся. Принял решение взять с собой еще один танк и тросы, чтобы его тянуть.Под прикрытием огня артиллерии подползли с саперами к танку, посмотрели, что мин нет. Я в механку залез, «сюрпризов» там тоже не нашел», – вспоминает «Суетолог».
После осмотра русские военные вызвали свою технику для буксира.
«Она подъезжает, я ее быстро разворачиваю, подгоняю к украинскому танку. Параллельно изо всех стволов стреляет артиллерия, чтоб украинцы голову не подняли и не заметили, что тут вообще происходит. Развели, в общем, суматоху. Забежал я за танк, один трос скинул, зацепил за другую машину, которую собирались буксировать — и тут началась стрелкотня.До противника дошло, что здесь происходит, что мы танк у них угоняем! Я тянусь ко второму тросу — а они уже по нему стреляют из стрелкового. Работают по нам РПГ, АГС. Я понимаю, что нужно попытаться вытянуть танк на одном тросе, выбегаю с другой стороны, кричу механику: «Давай тяни, он на одном тросу!» Он оттащил танк на наши рубежи метров 40 — и спрятался за деревьями. Там подцепили второй трос, запрыгнули — и уехали оттуда. Затрофеили танк!», – говорит танкист.
По его словам, сначала трофейную машину отправили в Крым, а потом он оказался на экспертизе в Санкт-Петербурге.
«Там им занялись ученые и преподаватели. Было принято решение транспортировать его в Москву, и танк стоит там как трофей», – резюмировал «Сутолог».