Два опытных летчика-аса, советский и немецкий, летом 1941 года дважды сходились в воздушных боях в небе Заполярья. Оба были достойны победить, но выйти живым из этого противостояния суждено было только одному из них.
В 90-х годах прошлого века отсутствие серьезной источниковой базы зачастую не позволяло исследователям объективно оценивать состояние авиации противоборствующих сторон в Заполярье в начале Великой Отечественной войны. На первый план выдвигалась в первую очередь количественное превосходство советской группировки, при этом качество авиационной техники и подготовка личного состава фактически не принимались во внимание. В результате нередко делались неверные выводы о причинах успехов и потерь. К счастью, сегодня у нас есть доступ к значительному объёму документов сторон, что дает нам возможность получить более объективное представление о сильных и слабых сторонах противников и, как следствие, скорректировать свои представления о тех событиях. В этот раз мы попытаемся сделать это через призму противостояния двух опытнейших летчиков-истребителей, дважды сходившихся в смертельных поединках в небе Заполярья летом 1941 года - командира 2-й эскадрильи 145-го ИАП капитана Александра Петровича Зайцева и офицера штабного звена 76-й тяжелой истребительной эскадры гауптмана Герхарда Шашке (Gerhard Schahke). Лишь одному из них удалось выйти из этих боев живым.
Советская авиация в Заполярье накануне войны
К началу Великой Отечественной К 22 июня 1941 года советская авиация располагала в Заполярье следующими силами:
- ВВС 14-й Армии в составе 145-го и 147-го (без 4-й эскадрильи) истребительных авиаполков 1-й смешанной авиадивизии, дислоцировавшихся на аэродроме Шонгуй южнее Мурманска, а также 137-го скоростного бомбардировочного авиаполка (три боеготовых и две ограниченно боеготовых эскадрильи) и 4-й эскадрильи 147-го ИАП на аэродроме Африканда в районе Кандалакши;
- ВВС Северного флота, включавшие 72-й смешанный авиаполк в составе пяти эскадрилий (четыре истребительных и одна бомбардировочная) на аэродроме Ваенга севернее Мурманска, а также 118-й разведывательный полк и 49-ю отдельную разведэскадрилью, вооруженные гидросамолётами.
Большим плюсом дислоцированных здесь частей был боевой опыт основного костяка личного состава, ведь все входившие в 1-ю САД авиачасти активно участвовали в советско-финляндской войне. Некоторые командиры еще имели за плечами опыт боевых действиях в Испании, Китае или Монголии. Одним из таких летчиков был командир 2-й эскадрильи 145-го ИАП капитан Александр Петрович Зайцев. В 1938 году ему довелось повоевать в Китае, за что он был награжден орденом Красного знамени, а за боевые вылеты в советско-финляндскую войну - орденом Красной звезды. Да и у большинства из тех, кто не имел боевого опыта, летный стаж был уже весьма приличным. Например, в 145-м ИАП из 49 летчиков лишь семеро были недавними выпускниками летных школ.
Да и учебно-боевая подготовка в частях дивизии находилась на довольно высоком уровне. В 147-м ИАП за весну 1941 года пилоты «Чаек» и «бисов» произвели 254 маршрутных полета, провели 276 воздушных боев, а самое главное, 653 раз стреляли по конусу! Более десятка стрельб на каждого из 64 пилотов за четыре месяца — это великолепный, практически идеальный показатель для ВВС КА того периода. Их коллеги из 145-го ИАП, летавшие на более изношенной матчасти, стреляли всего 208 раз, однако на тот момент в полку был всего 41 летчик, подготовленный к боевым действиям (остальные были не введены в строй или отсутствовали), поэтому пять стрельб - это тоже вполне неплохой результат.
Интересно, что в программе подготовки того же 147-го ИАП большое место уделялось действиям по наземным целям. За весну 1941 года, летчики произвели 211 бомбометаний с пикирования и 212 стрельб по щитам. Полк можно было бы переориентировать на решение истребительно-бомбардировочных задач, но только вот уже в III квартале полк должен был перевооружен новейшими истребителями МиГ-3, которые для действий по наземным целям вообще никак не предназначались.
У советской авиации в Заполярье было две основных проблемы: нехватка аэродромов, особенно возле границы, а также как морально, так и физически, устаревшие самолеты. Из-за плохого состояния аэродромов, которые из-за разлива талых вод стали совершенно не пригодны к полетам, в мае учебно-боевая подготовка в частях 1-й САД фактически была сорвана. Так 137-й СБАП налетал 28 часов, 147-й ИАП 38 часов, а антирекорд установил личный состав 145-го ИАП, проведший в воздухе в общей сложности всего 13 часов. Это ставило под вопрос общую боеготовность частей в Заполярье.
Командование было весьма озабочено сложившийся ситуацией и рассматривало различные сценарии выхода из неё. Например, всерьез прорабатывался вопрос о переброске 137-го СБАП в Красногвардейск под Ленинградом. В итоге было принято решение о проведении масштабной реконструкции и расширении аэродромной сети. Работу начали немедленно, поэтому 147-й ИАП с аэродрома Мурмаши перебросили на аэродром Шонгуй. Эти мероприятия, пусть и на сравнительно короткий период, осложнили ситуацию еще сильнее. В мирное время добавились дополнительные проблемы с проведением учебно-боевой подготовки, а с началом военных действий серьезно был ограничен маневр силами, что увеличивало риск уничтожения советской авиации на земле. Однако другого выхода просто не было.
Еще более серьезной проблемой как армейских, так и флотских летчиков были устаревшие самолеты. Само командование ВВС 14-й Армии так характеризовало ситуацию:
«Матчасть в дивизии вся старая, самолето и мото-рессурс на исходе. Все И-16 двухточечные и сильно изношенные, перед войной подлежали сдаче в школы. И-15бис все были для полетов ограничены из-за изношенности. Самолеты после каждого полета выходили из строя, требовали ремонта...»
На 22 июня в 145-м и 147-м ИАП, а также истребительных эскадрильях 72-го САП, основным истребителями являлись И-15бис, на которых летали 2-я и 4-я эскадрильи 147-го ИАП (19 И-15бис), и 1-я и 2-я эскадрильи 72-го САП (28 И-15бис). Эти машины считались устаревшими еще в 1939 году и подлежали замене на И-153 «Чайка», однако из-за систематических срывов производства и модернизации самолетов и в 1941 году они оставались на вооружение даже истребительных частей первой линии. Единственное амплуа, в котором можно было использовать «бис» сравнительно эффективно - легкий штурмовик, способный бомбить с пикирования, но при обязательном прикрытии современными истребителями. Однако в Заполярье, за неимением альтернативы, эскадрильи И-15бис продолжали рассматривать в качестве именно истребительных.
Единственная в 145-м полку эскадрилья, на вооружении которой были И-15бис, весной 1941 года была передана в 147-й ИАП, а взамен оттуда получена эскадрилья И-16. 56 истребителей этого типа ранних серий выпуска, на которых теперь летали все четыре эскадрильи 145-го ИАП, также не внушали оптимизма. Сорок выпущенных в 1936–1937 годах И-16 тип 5 (эти машины были старше даже И-15бис) были сильно изношены, их вооружение состояло из двух пулеметов ШКАС, и, по большому счету, они годились только для тренировочных полетов.
Кроме «пятерок» в полку имелось десяток И-16 тип 10, переданных весной 1940 года из 49-го ИАП. Их состояние было ненамного лучше, так как эти самолеты прошли советско-финляндскую войну. Наконец, к этому списку можно добавить полдюжины пушечных И-16 тип 17 2-й эскадрильи. Включавшее два пулемета и две пушки ШВАК вооружение давало пилотам больше шансов уничтожить самолет противника, но из-за увеличившегося веса на этих машинах было сложнее драться с истребителями.
Кроме того, у ранних И-16 тип 5 и 10 отсутствовали бомбодержатели, в результате пушечные И-16 2-й эскадрильи осталась единственными в полку, кто был способен наносить относительно эффективные штурмовые удары по наземным целям, чем собственно в основном и занимались их пилоты летом 1941 года и за что наш герой капитан Зайцев в июле 1941 года был удостоен ордена Ленина. Сравнительно современные истребители И-16 тип 24 были на вооружении 4-й эскадрильи 72-го САП, однако в строю имелось только четыре таких машины (3 исправны), поэтому это подразделение было фактически не боеспособно.
Наиболее боеспособными среди советских истребительных подразделений в Заполярье можно считать вооруженные «Чайками» 1-ю и 3-ю эскадрильи 147-го ИАП (36 И-153), а также 3-ю эскадрилью 72-го САП (17 И-153). И-153 неплохо подходил на роль легкого штурмовика и пикировщика, а в отличии от И-15бис, после сброса бомб мог и постоять за себя в оборонительном воздушном бою, к примеру, против финских истребителей. Однако в случае столкновения с «Мессершмиттами» и эти самолеты требовали сопровождения. Будь у хорошо подготовленных советских пилотов современные истребители, безусловно в бою против них любому противнику пришлось бы несладко, однако с имевшейся матчастью летчики 145-го и 147-го ИАП были обречены на потери.