Перед ночной проверкой я немного поспал, потом снова попытался «связаться» с соседями, мне нужно было написать семинарскую работу для себя, но связи ни с кем не было. Хижины были пусты. Насколько я понимаю, из-за того, что на карантине было мало людей, заключенных разместили вокруг барака так, что достать их было невозможно.
А у меня, судя по ночной проверке, только через 2 хаты были соседи. Пришлось смириться с тем, что это пока невозможно, особенно если это большая сцена, скоро она будет заполнена на карантине.
Проверив, я легла спать, хотя очень хотелось есть. На самом деле, я не ел весь день, но на данном этапе это не было самой большой проблемой. Я очень плохо спал. Я заснул со странным предчувствием беды... оказывается не напрасно... как я узнал позже той ночью моя бабушка умерла... .через 2-3 недели мой адвокат по коридору сообщил мне об этом (но об этом позже).
Утром все прошло по старому сценарию... завтрак.... зацените.... В остальном еда была немного лучше, чем в прошлый раз. Рисовая каша, точнее ее подобие, хлеб и чай. Я ел, потому что меня одолел голод.
Убедившись, что все в норме, я уточнил, приехала ли «большая сцена», чтобы посмотреть, поселят кого-нибудь или нет. Мне сказали, что есть сцена. Я не ожидал внятного ответа.
Весь день прошел в мыслях... Я пытался заснуть, чтобы как-то их заглушить, но не всегда это удавалось. До обеда, кое-как протянувшиеся, наткнувшись в хату, пообедали и наконец заснули. Я почти проспал до ночи.
Я проснулась от того, что робот открылся и в салон повели двух человек. На этот раз все было наоборот, посадили меня, а не меня.
Один взрослый, мне кажется лет 50, с огромным багажником, другой, наоборот, молодой, тоже полный, с чемоданами.
Они поприветствовали друг друга, я спросил, все ли «гладко в жизни», на что они ответили, что «все хорошо», представились и вошли в каюту свободных шхун. "Бывает, что сотрудники бросают в бараке вещи, будь то бывшие сотрудники, или того хуже "обиженные" и так далее. Поэтому порядочный арестант, прежде чем пожать руку или сесть за один стол с человеком, должен понять, кто перед ним).
Оказывается, дедушка был за рулем 159, часть 4 (разработчик). Он тоже был на назначении, ему дали 6 лет общего режима.
Дедушка оказался более разговорчивым, у нас с ним было много дел, даже общих знакомых. Недавно ему исполнилось 55 лет. По его словам, его в основном настраивает генподрядчик. Короче говоря, он не виноват, как и все в тюрьме. Он приехал извне, никогда раньше не сидел в СИЗО.
Молодой человек пришел из другого следственного изолятора, который закрыли 2 месяца назад. Я сел на второй, потому что шагов к нам не было. Теперь они есть. Подробностями своего "потопа" он особо не делился, да и в принципе это было не особо интересно. Объяснил, находится ли "фоне" (телефон) на карантине, я ответил, что почти не важно, вечером после проверки будет понятнее, что и как.
Я кратко объяснил им, что такое «дорога» в тюрьме. Я сказал им, что был здесь раньше, не так давно. Они сказали, что привели много людей. Итак, карантин видимо закончился, и такой вывод я сделал по ладоням робота по длине, видимо кого-то заперли в соседних хижинах.
А еще у молодого человека была с собой целая сумка разных аксессуаров. Чай, кофе, сладости, булочки и т.д. Приехали готовые, перед этапом получили трансфер. Также было важно, чтобы у него были сигареты, так как мои были на исходе, и он приехал вовремя.
В каютах обычно есть «общак», как мы его называем. Это что-то вроде обычного мешка, в который заключенные, живущие в бараке, кладут еду, сигареты, наборы для мыла и воды и так далее. Все, кто живет в хижине, пользуются общей сумкой. Конечно, они дополняют его одновременно. Из партии или из магазина в местном магазине.
На этот раз общий мешок пополнил один человек, он реально "завелся". Я говорю о молодежи, естественно. Перед ужином мы говорили обо всем на свете. Время летело быстро. В принципе, до него было, наверное, два часа.
Впереди у меня был тест, ну а мне уже хотелось нарисовать "тропинку" и осознать, как сейчас, спустя почти год, все хорошо...