Мой Владимир Высоцкий. 5
Машенька родилась 25 июля.
Впервые я смог взять её на руки 25 января.
Самое высшее счастье на свете – это счастье медленно катить коляску со своим сокровищем по прекрасному парку, мимо фантастических кустарников и роскошных деревьев. Катить медленно-медленно! Ваше чудо спит в коляске, и Вы абсолютно спокойны. Все Ваши мысли заняты только этим крошечным человеком, его дыханием, его сном, его ручками, ножками, его укутанностью, его питанием, его глазками… Или в моём случае надо везде поменять «его» на «её»? Я катил Машеньку! Масяню! Машуню! Мою гордость! Моё счастье! Мою самую высокую в жизни награду!
Это случилось 25 января!
Я вошёл в дом. Марина вынесла Машеньку и я взял её на руки! И прижал к своей щеке. И она сразу охотно прижалась ко мне своей щечкой и задышала мне доверчиво в ухо! Господи! Самое невероятное в моей жизни событие. Первая встреча с Машенькой. И весь прошлый мир исчез! Растворился в её дыхании! Всё! Больше для меня не было на этом свете ничего! Она доверилась мне сразу и навсегда! Моя самая любимая сказка! Мой самый любимый человек! Моя самая волшебная принцесса! Доченька! Дочурка! Дочурочка! Дочка! Доча! Мои самые нежные глазки! Мой самый доверчивый носик! Мои самые мягкие щёчки! Батутики! Моя ненаглядная! Я держал её на руках и тонул в море счастья! Ничего дороже на свете не было для меня в тот миг. И если бы мне предложили обменять всю мою жизнь на один этот миг счастья я без колебаний бы согласился. Нет ничего на свете равного этому мгновению первой встречи с той, о которой я мечтал десятки лет. С той о которой я грезил во всех своих бесконечных смертельно опасных походах. Она мне снилась! Я о ней переживал! Я бился за неё с бесчисленными врагами. Она была легендой, фантазией, несбыточным заветным желанием. Я загадывал её под Новогодними Ёлками во всех городах России! Я представлял себе её на всех полках плацкартных вагонов, на которых я засыпал не надеясь уже проснуться живым. Я знал что умру раньше, чем реально возникнет она. Самая моя заветная, самая моя желанная доченька! И вот я стоял на восьмом этаже в доме на проспекте Победы! И она – реальная, живая, совершенная, обнимала меня своими ручками и дышала мне в ухо, в щеку, в волосы! Мы были с ней вместе и мы были одним целым. Настоящая! Подлинная! Неподдельная! Звезда моего неба!
А потом я катал её всю невероятную весну и всё невероятное лето на коляске по самым прекрасным паркам и скверам Киева! Она дышала воздухом этих потрясающих сотворений Природы и Человека! Какая музыка дивной прогулки! Как бесшумно катились колеса! Как плавно мы меняли направления и совершали повороты! Мы были одним целым! Я дарил ей эту плавность, эту нежность, эту трогательность и красоту окружающего мира. И не было на свете человека счастливее меня! Потому что это реальная вершина Жизни человека на Земле. Катить свою лялечку сквозь самый прекрасный лес мира. Оберегать её сон. Нежить её в лучах Солнца, заботливо укрывая от москитов, от прямых лучей, от дождя и града. Растворяться в её прогулке. Быть её Стражем, её Поклонником, её Рыцарем, её Охранником, её Волшебником и Исполнителем её желаний! Дышать с нею в такт. И дарить ей своё сердце, своё внимание, свои мысли и самые прекрасные чувства.
Быть её Тем, то есть всем Её миром.
Вот какое чудо явила мне моя Марина Влади!
В 1980 году я написал в Ленинграде, стоя напротив Исаакиевского собора на улице ведущей к Почтамту, песню на мотив Олимпийской прощальной песни.
В ней были такие слова:
"Нарисую Вам Машеньку снова!
И разлуку ещё и шары!
А вот грустного этого слова
Не услышите Вы до поры!"
Так я предсказал себе Машеньку.
За 23 года до её рождения!