Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Sincero

Зависть

В тот день мне нужно было поехать в больницу. Ничего серьёзного, обычная консультация врача, но оперирующего. Я взяла отгул на работе и поехала, не предвещая ничего плохого. Уже по дороге в больницу сидя в автобусе я почувствовала комок в горле. На глазах выступили слёзы. Оказалось, что поехать в больницу – это не так просто, как я думала. Я прошла через КПП и двинулась в сторону главного здания. Это была совершенно другая больница, но её КПП всё равно напомнил мне КПП той больницы. Внутри оказалось ещё тяжелее. Когда я выходила из кабинета врача и открыла дверь, то увидела, как на каталке кого-то везут. Я выбежала из больницы. Села на остановке и стала ждать автобус. Рядом со мной на остановке стояли ещё несколько людей. Одним из них был мужчина средних лет с небольшой спортивной сумкой. Его только что выписали из больницы, и он возвращается домой, подумала я. Через пару минут подъехала белая машина. Из неё вышли трое людей – две женщины и молодой мужчина. Они были очень радостными, у

В тот день мне нужно было поехать в больницу. Ничего серьёзного, обычная консультация врача, но оперирующего. Я взяла отгул на работе и поехала, не предвещая ничего плохого.

Уже по дороге в больницу сидя в автобусе я почувствовала комок в горле. На глазах выступили слёзы. Оказалось, что поехать в больницу – это не так просто, как я думала. Я прошла через КПП и двинулась в сторону главного здания. Это была совершенно другая больница, но её КПП всё равно напомнил мне КПП той больницы.

Внутри оказалось ещё тяжелее. Когда я выходила из кабинета врача и открыла дверь, то увидела, как на каталке кого-то везут. Я выбежала из больницы. Села на остановке и стала ждать автобус. Рядом со мной на остановке стояли ещё несколько людей.

Одним из них был мужчина средних лет с небольшой спортивной сумкой. Его только что выписали из больницы, и он возвращается домой, подумала я. Через пару минут подъехала белая машина. Из неё вышли трое людей – две женщины и молодой мужчина. Они были очень радостными, улыбались, смеялись. Как оказалось, они приехали встретить того самого мужчину со спортивной сумкой. Уехали они не сразу, какое-то время стояли, общались, смеялись.

Я никогда и никому в жизни так не завидовала как этим людям. Я вспомнила, как мы приехали всей семьёй на машине за папиными вещами и телом, и начала представлять, что на самом деле мы приехали, чтобы встретить его и забрать домой. Это не они, а мы, счастливые и смеющиеся, встречаем его, помогаем сесть в машину и едем домой, зная, что теперь всё будет хорошо. Я ненавидела тех людей. За то, что им не было так же больно, как мне. Я представила, как они садятся в машину и попадают в автокатастрофу. Полегчало.

Мне стыдно. Стыдно не за то, что я завидовала тем людям. Стыдно за мою слабость. Стыдно, что я никак не могу пережить смерть того, с кем почти не общалась. Стыдно, что не могу отпустить его и принять тот факт, что он меня не любил и уже никогда не полюбит, так, как мне это нужно. Стыдно, что не могу жить с этой пустотой, хотя все так живут. Кажется, что никогда не смогу. Даже в группе поддержки стыдно рассказывать о своей боли людям, которые потеряли супругов, детей. Стыдно перед девушкой, которая за последние полтора года потеряла отца, сестру и двух бабушек. Стыдно признаваться в своей слабости. Очень стыдно.