Размытие фактов, непрозрачность системы или сокрытие документов и информации – один из наиболее эффективных методов доминации. Экспорт нефтедобычи – наиболее «удобная» область, в которой страны, владеющие нефтью, могут скрывать информацию и документацию.
9 августа 2007 года парламентом Южного Курдистана был принят закон о нефти. Однако важные положения закона были приняты без точного понимания того, чему он соответствует. Кроме того, многие положения этого закона так и не были выполнены.
По принятому закону должны были быть созданы четыре компании. Этими компаниями должны были стать Курдистанская компания, Курдистанская национальная компания, Курдистанская нефтеэкспортная компания и Курдистанская нефтеперерабатывающая и складская компания.
Важной задачей этих компаний было бы предоставление общественности информации и документов, касающихся добычи, продажи и доходов от нефти, чтобы в результате можно было бы лучше контролировать управление нефтяным сектором.
Первый нефтяной контракт на бурение нефтяных скважин был подписан администрацией Сулеймании правительства Южного Курдистана с General Energy 17 июля 2002 года, за год до свержения режима Баас. Это был первый нефтяной контракт с иностранной компанией в истории Курдистана.
Через год после свержения режима Баас Демократическая партия Курдистана (ДПК) впервые начала подписывать многочисленные нефтяные контракты с иностранными компаниями через Эрбиль. Таким образом, ДПК были подписаны контракты с компанией DNO на эксплуатацию нефтяных скважин в Тауке, Эрбиле и Дахоке.
В период с 2002 по 2004 года администрациями Эрбиля и Сулеймании было подписано не менее восьми нефтяных контрактов с многочисленными иностранными компаниями.
В 2006-2013 гг. между правительством Южного Курдистана и международными компаниями было подписано 57 совместных контрактов на добычу нефти.
В 2013 году правительство Южного Курдистана во главе с Нечирваном Барзани подписало 50-летнее нефтяное соглашение с Турцией. Содержание этого соглашения пока не разглашается. Однако это стало серьезной проблемой между правительством Южного Курдистана и Багдада. Никто, кроме Барзани и Эрдогана, до сих пор не знает содержания 50-летней нефтяной сделки.
В рамках этого соглашения в 2014 году правительство Южного Курдистан начало экспортировать нефть через Турцию самостоятельно и без разрешения Багдада. Позже нефть из скважин Тектек и Хурмал экспортировалась по трубопроводам через пограничный переход Штекабур.
Затем, в середине 2014 года, после того, как нефтяные скважины к западу от Киркука перешли под контроль правительства Южного Курдистана, был заключен очередной договор с Турцией. После этого начался экспорт нефти из Киркура. Несмотря на то, что правительство Ирака запросило информацию об экспорте нефти из Киркука, правительство Южного Курдистана не предоставило никакой информации по этому поводу.
Южный Курдистан не является независимым государством, и вся нефть оттуда продается непрозрачным и мошенническим способом. Ежедневно оттуда экспортируется более 500 тысяч баррелей нефти, а доход достигает только 300 миллионов долларов. С другой стороны, не было предоставлено никакой информации о том, как были потрачены деньги, которые оцениваются в сумму от 350 до 400 миллионов долларов. Известно также, что Масрур Барзани из семьи Барзани занимал нефтяные скважины в Айн Зайле и самостоятельно занимался их продажей. Доходы от этой нефти не возвращаются в государственную казну, а информация об этих доходах никому не раскрывается.
Патриотический союз Курдистана и Движение «Горан», которые являются партнерами правящей партии в Южном Курдистане, вместе с другими политическими партиями неоднократно заявляли, что у них нет информации о доходах и продажах нефти. Указанные стороны заявляют, что Демократическая партия Курдистана ведет непрозрачные дела нефтедобычи и нефтепродажи.
Министерство нефти Ирака, Министерство финансов и Управление финансового надзора неоднократно запрашивали у правительства Южного Курдистана информацию о нефтяных контрактах и торговле. Однако Региональное правительство Южного Курдистана никоим образом не готово передавать нефтяные дела центральному правительству Ирака.
Член иракского парламента Соран Омар сказал, что министерство нефти Ирака направило 8 писем по этому вопросу иностранным нефтяным компаниям, работающим в Курдистане. Кроме того, на Региональное правительство Южного Курдистан также 10 раз поступали жалобы за то, что оно не делилось с центральным правительством Ирака, министерством нефти и финансовым надзором Ирака какой-либо информацией о нефтяных контрактах, заключенных со сторонними лицами.
Несмотря на всю коррупцию в Ираке, к торговле нефтью там относятся максимально прозрачно. Министерство нефти Ирака размещает на своем веб-сайте прозрачную информацию о добыче, продаже и ежемесячных доходах от нефти. Однако в Южном Курдистане ситуация прямо противоположная. Доходы и объемы добычи, связанные с торговлей нефтью в Южном Курдистане, известны только семье Барзани.
