Меня разбудил запах кофе. Решив, что это сон, решила досмотреть. В дверь робко постучали: «Настя, подъем. Я похозяйничал на твоей кухне. Нам пора выезжать».
Выйдя из душа, обнаружила Валерия в моем фартуке, ловко нарезающего бутерброды. Выглядел он комично. Мне этот фартук подарили на какой-то праздник мои подружки из магазина. На нем было изображено обнаженное женское тело. Увидев голову Валеры, возвышающуюся над нарисованными женскими прелестями, я расхохоталась. Мужчина смущенно снял фартук:
- Извини, не нашел другого.
- Ты неплохо смотрелся, зря снял.
- Думаю, ты бы смотрелась гораздо лучше. Давай завтракать.
После завтрака я позвонила Екатерине Геннадьевне. Она сообщила, что похороны Светочки состоятся на следующий день, и что ее родители уже приехали. Я пообещала прийти.
У подъезда стояла машина Валерия. Он галантно открыл мне дверь. До Соколовогорска было около ста километров. Обычно я добираюсь туда на автобусе. Путешествие рядом с мужчиной, который вызывает еще неосознанные, но такие приятные чувства, под спокойную музыку наполняло оптимизмом. Мы обязательно найдем Дашеньку, а Иришка поправится.
- Ерунда какая-то, - мое расслабленное состояние прервала реплика Валеры.
- Что такое?
- Посмотри сама, зачем писать целый текст, если есть знак?- Я посмотрела в указанном направлении. Поблескивая в лучах апрельского солнца, на обочине стояла табличка: «Сбавь скорость – 50 км». Валерий послушно притормозил. Вскоре появилась еще одна надпись: «Сбавь скорость – 30 км».
- Ничего не понимаю, вчера этих указателей не было, - проворчал мужчина, но скорость послушно сбросил. Когда мы обнаружили призыв ехать со скоростью 10 км, то решили не прислушиваться к странным требованиям. Вскоре, Валерий резко затормозил, и съехал на обочину.
- Смотри, - сказал он, давясь от смеха. Увидев указатель, я тоже не смогла сдержаться. Вывеска гласила: «Харчевня «Сбавь скорость». Добро пожаловать».
На въезде в Соколовогорск, нас остановил сотрудник ГИБДД. Он долго не хотел отпускать Валерия, проверив его документы, документы на машину, аптечку, багажник. Поиск не увенчался успехом, но он переминался с ноги на ногу и документов водителю не отдавал. Пауза, явно, затянулась. Наконец, Валерий не выдержал. «Я могу ехать?» - спросил он и протянул руку. Сотрудник тяжело вздохнул, посмотрел на водителя долгим взглядом, отдавая документы, прошептал: «Езжай, раз совести нет».
Мы ехали по хорошо знакомым улицами Соколовогорска, я не переставала удивляться, как меняется наш областной центр. Большие города, с их суетой, всегда вводили меня в какой-то ступор. Но к Соколовогорску я испытываю совершенно особые чувства – это город моей студенческой юности. Часто приезжаю сюда, считаю этот город родным. В последний раз была здесь меньше месяца назад. За такой короткий срок появились новые магазины, кафе, отреставрированная школа искусств.
Мой взгляд замечал не только позитивные перемены. Растаявший снег обнажил всегдашний весенний мусор. Обилие рекламных плакатов и лозунгов наводили на мысли об одежде нищего, украшенной разноцветными заплатами. Среди всех этих рекламных воззваний, встречались и довольно забавные. «Мы сменим ваш пол», - пугал кто-то с проезжающего автобуса. Вероятно, за рулем этого транспортного средства сидел высококлассный хирург. А обещание выдать кредит под отрицательный процент, умиляло своим бескорыстием. Некоторые лозунги упорно стремились вызвать у читающего комплекс неполноценности: «Мы решим все ваши проблемы быстро и качественно». Многообещающее заявление. Это, значит, я решала, решала, а пришли умные тети и дяди, и справились. Некоторые настораживали: «Мы знаем все о вашей сантехнике!» Интересно, откуда?
Валерий остановил машину возле старой кирпичной пятиэтажки.
- Вот что, Настя. В этом доме, когда-то, жили две девочки. Одна из них Селиванова Люба, да-да, заведующая детским садом. Другая - Сизова. Обе съехали отсюда больше двадцати лет назад. Не знаю, остался ли в этом доме кто-то, кто помнит о них. Мне бы очень хотелось собрать какие-нибудь сведения об их детстве. Не очень представляю себе, как можно получить подобную информацию. Я очень надеюсь на тебя.
- Ты, действительно, сотрудник детективного агентства?
- У меня много знакомых в этом городе, и мне, действительно, несложно получить какие-либо данные из официальных источников. Но тут иное, - Валерий так трогательно оправдывался.
- Хорошо, я попробую. А какие планы у тебя?
- Григорий Сизов учился на геологическом факультете университета, хочу съездить к одному его одногруппнику.
- Помню, Иришка рассказывала о некоем Рудике Шольце. Его отец, якобы, владелец трикотажной фабрики. В тот злополучный вечер, когда познакомились родители Даши, именно Рудик привел с собой Григория Сизова.
- Возможно, мы займемся этим Рудиком позднее.
Я вышла из машины, пообещав позвонить, как только что-то узнаю. Присев на самой удобной лавочке, расположенной в тени большого дерева, обдумывала действия. В это раннее апрельское утро двор был пуст. Я даже не знала номера квартиры, в которой жила Сизова. Звонить, и представляться работником собеса, в надежде, наконец, найти самого старого жильца этого дома, мне показалось глупым. Да и кто откроет дверь незнакомой тетке в наше время? Я подошла к входной двери подъезда. Она вся была оклеена рекламными листовками. Жителям предлагали натянуть потолки, установить двери, сделать всевозможный ремонт, а потом, вызвав такси, уехать к какой-нибудь Нике, для проведения необыкновенного досуга. Сорвала объявление и смело шагнула в подъезд. Интересно, для чего жильцы устанавливали домофон, если под дверь, кто-то предусмотрительный, подкладывает кирпич? Остановившись у самой неказистой двери, позвонила.
Друзья, не забывайте о лайках!