Однажды сын сапожника не захотел пойти по стопам отца. Ну... как сапожника... владельца крупного обувного бизнеса, который начинал с ремесла простого сапожника.
Было у него три сына, к моменту рождения младшего семья уже прочно заняла свое место среди респектабельных буржуа. Естественно, младшего отпрыска отправили учиться не куда попало, а в очень пристойное заведение.
Вот только этот младший отпрыск постигать науки не хотел - он был фантазером, мечтателем, любил рисовать. Впрочем, кое-как отучился, но к семейному бизнесу относился спустя рукава, а после того, как побывал в театре фокусов иллюзиониста Масклая, заболел иллюзионом и театром.
Отцу сказал, что хочет учиться в Школе изящных искусств, папА в финансировании отказал, тогда наш герой сделал выпад и устроился работать в папину же фирму инженером-механиком. На хорошую зарплату, которая полагалась таким инженерам.
Далее папА хотел сына женить, но обломался - пока родители судили-рядили, сын женился сам, по любви и общим интересам: его жена, Эжени, станет в будущем его верным соратником во всех начинаниях.
Катясь в пропасть далее, парень начал учиться фокусам. Научился - устроился выступать в театр "Робер-Уден".
ПапА злился, но не отступался, и, уходя на покой, передал свое обувное дело всем троим сыновьям. Он всё еще надеялся, что младшенький возьмется за ум хотя бы потому, что сам теперь совладелец. Но хитрый сын продал братьям свою долю, а сам купил театр "Робер-Уден", в котором выступал.
В том самом 1895 году, когда родился кинематограф, этот хитрый сын был избран председателем Французского общества иллюзионистов.
Пора назвать его имя, хотя, конечно, из названия это понятно.
Жорж Мельес! Автор первых по-настоящему игровых фильмов, изобретатель первых кинотрюков, создатель первых фантастических фильмов и экранизаций и т.д., и т.п..
Словом, тот, благодаря кому едва рождённый кинематограф не только не загнулся в кризисе, но поднялся на качественно новый уровень и превратился из балаганного развлечения в искусство.
Во время триумфа Люмьеров Мельес был в Париже, более того - был на том самом сеансе. Синематограф так впечатлил иллюзиониста, что он сразу после сеанса предложил изобретателям продать аппарат за огромные деньги - десять тысяч франков. Люмьеры отказали.
Братья считали синематограф игрушкой, которая быстро людям наскучит, а потому планировали по максимуму извлечь выгоду - пока игрушка пользуется популярностью. Но Мельес, человек театра, уже тогда понял, что это не игрушка, а очень многообещающая штука, у которой большое будущее.
Как мы знаем, не только Люмьеры занимались созданием аппаратуры для съемок и проекции "живых картинок". Так, в Лондоне был свой изобретатель, Уильям Пол, опоздавший совсем немного. Вскоре после Люмьеров он устроил свой показ в Лондоне. К нему-то и обратился Мельес. Уильям был сговорчивее братьев и продал камеру за 1000 франков.
Камера была далеко не идеальной - она часто ломалась и работала не так, как ожидалось. Но Мельес же не только фокусник, трудовую деятельность он начинал инженером-механиком, а потому сумел довести свой аппарат если не до совершенства, то до прилично работающего состояния.
Поначалу Жорж снимал простенькие ролики, как и все другие, но однажды кое-что произошло. Вот как он сам рассказывал о том судьбоносном случае:
Я снимал площадь Оперы, когда плёнка в моём тогдашнем довольно примитивном аппарате застряла, из-за чего в фильме случился неожиданный эффект. Всю минуту, пока я высвобождал плёнку, прохожие и экипажи продолжали двигаться.
И когда я стал просматривать испорченную ленту, я увидел, как из-за сбоя плёнки омнибус Мадлен — Бастилия превратился в похоронные дроги, а группа мужчин — в стайку женщин… Два дня спустя я уже снимал первые фильмы с превращениями и внезапными исчезновениями, которые сразу приобрели у публики грандиозную популярность.
На экране это выглядело вот так
И вот так. Между прочим, это, фактически, первые фильмы ужасов.
Тогда же, в 1896 году, Мельес построил собственную киностудию.
Все статьи об истории раннего кино