Услышав сварливое карканье, Марина выглянула в окно. Десяток крупных ворон топталось на участке. Они, видимо, что-то делили. Наскакивая друг на друга, птицы гневно каркали, перекрикивая друг друга. От их гортанных голосов закладывало уши.
«Что они делят? — подумала хозяйка дома, а, соответственно, и участка. — Как же достали!»
А вороны и, правда, ее достали. Рано утром они будили ее топотом по железной черепице мансардной крыши. Скок-скок — слушала она отзвуки птичьего танца. Марина любила утром поспать, но сон ее был чуток. Проснувшись в пять утра от цокота вороньих когтей, она уже не могла заснуть, а наглые вороны все топтались и топтались по ее крыше.
— Чертовы птицы! — ворчала она, поднимаясь с кровати.
Днем вороны важно выхаживали по газону, собирая улиток, а в конце лета нещадно разоряли молодой сад. Стоило новичку-садоводу хоть немного задержаться со сбором урожая, как собирать было уже нечего. Ягоды поклеваны, еще зеленые яблоки, опробованные вездесущими птицами, испорчены. Вороны явно считали ее двор своей территорией, и на это у них были веские причины.
Воронья семья здесь жила уже очень давно. Высокий тополь, на котором располагалось их гнездо, был одним из многих таких же старых тополей, высаженных когда-то в качестве защиты небольшого дачного садоводства от ветров, дующих с просторных сельскохозяйственных полей. Но уже пару десятков лет совхозные поля были заброшены, вместо свеклы и моркови там уже давно не росло ничего кроме сорняков, а позже и вытеснившего их борщевика.
Затем пустующая земля была продана под строительство частных домов и была гордо переименована в «коттеджный поселок». Еще несколько лет «коттеджный поселок» оставался пуст. Лишь несколько смельчаков решились приступить к постройке домов, раскиданных то тут, то там по громадному участку. И только после того, как подвели электричество, строительство оживилось. Закряхтели трактора, завизжали бензопилы, жилых построек становилось все больше, пока пустующая земля не была заселена полностью. Огороженные разномастными заборами домовладения добрались вплотную до садоводства, и только стоящие в ряд старые тополя служили границей двух человеческих муравейников.
Воронам, живущим на тополях, столь бурное притеснение сильно не нравилось. Сколько птенцов выучилось летать над этими полями, а сколько голодных ртов было накормлено пойманными там мышами и насекомыми. А теперь здесь поселились люди и наивно думают, что высокие заборы спасут их добро. Это была война, самая настоящая.
Вот и Марина, выбрав участок подальше от проезжих дорог, рядом с тополиной стеной, сама не зная того, вступила в военные действия.
Они переехала с мужем за город, чтобы наслаждаться тишиной, свежим воздухом и есть собственноручно выращенные овощи и фрукты без всяких нитратов. Мечта воплотилась в реальность, и вот они здесь. И воздух свеж, и тишина была бы великолепна и фрукты вкусны, если бы не эти наглые птицы.
Первое, что они с мужем сделали в попытке освободиться от нашествий ворон, это поставили пугало. Муж слепил его из того, что было — старая рубаха, штаны, широкополая шляпа, а главное, жестяные банки, повешенные так, чтобы при малейшем дуновении ветерка поднимать многоголосый шум. Огородный разбойник получился достаточно грозным для того, что отпугивать пернатых налетчиков.
Поликарп, как прозвал пугало муж, со своей задачей справлялся неплохо. Места, где располагался коттеджный поселок были довольно ветренными, и Поликарп с утра до вечера звенел своими банками, отгоняя ворон. Те, напуганные новым соседом, немного сбавили прыть, участок посещали лишь в безветренную погоду, да и к Марининым посадкам, которые охранял Поликарп, приближать не решались. Муж горделиво поглядывал на супругу, в надежде на признание своих заслуг, и она была очень довольна… первые два дня. А на третий взмолилась:
— Убери ты эти банки, я совсем не сплю!
Банки пришлось снять. Разоруженный Поликарп все еще махал впустую рукавами, но умные птицы быстро сообразили, что тот не опасен и вернулись в облюбованный двор. Битва была проиграна. Бесполезный Поликарп еще несколько дней уныло горбился под укоризненными взглядами Марины, пока его совсем не убрали, чтобы не мозолил глаза.
Вдохновленные победой вороны совсем обнаглели. До этого Марине вполне хватало и одной вороньей семьи, но теперь ей приходилось мириться с полчищами родственников и знакомых победоносной парочки, прилетавших по приглашению отведать яблочек и крыжовника на захваченных землях. Иногда они устраивали собрания и жуткий шум, наскакивая друг на друга и громко галдя.
Марина, устав от гортанного карканья, то и дело выскакивала во двор и разгоняла спонтанные митинги. Машущую руками и громко ругающуюся женщину вороны побаивались и покидали двор. Марина хоть и не гремела банками, но голос у нее был звонкий и очень сердитый. Рассевшись на заборе и на ближайщих деревьях вороны терпеливо ждали, пока она устанет и уйдет в дом, и снова спускались во двор.
— Нет, но это просто невыносимо, — жаловалась Марина мужу, вернувшемуся с работы. — Хоть участок продавай.
— Мда, — соглашался он, дожевывая котлету. — Было бы ружье, подстрелил бы парочку.
— Ну что ты, жалко… — возразила она. — Я думаю, нам стоит завести собаку.
— Собаку? — удивился муж.
— Ну да, — кивнула Марина, вдохновленная идеей. — Когда я выхожу во двор, они улетают, но я же не могу там находиться круглосуточно, а собака сможет. Вон у соседа пес с этим отлично справляется.
— Ну, хорошо, если ты хочешь, — озадаченно пожал Сергей плечами.— Давай заведем собаку.
Продолжение следует
Что еще почитать на канале: