Вы когда-нибудь слышали о таком человеке - Солженицын Александр Исаевич? А Дмитрий Федорович Вяткин?
Если вы слышали об обоих, поздравляю. Призом за ваши знания станет победитель по ставке букмекерской конторы. Все, что вам нужно сделать, это поставить деньги на победу вашего любимого спортсмена или команды.
Честно говоря, я мало слышал о последнем. Его фамилия иногда прилипала к краю моего уха - и то только потому, что она соответствовала месту моего рождения - Вятской области. Но он только схватил - и не более того.
Не слишком боясь ошибиться, я думаю, что Александр Исаевич никогда и никак не отзывался о Дмитрии Федоровиче. Дмитрий Федорович рассказал об Александре Исаевиче. Он ответил и заставил меня узнать, кто такой этот самый Дмитрий Федорович.
Он оказался одним из самых активных чирлидеров, срывая нашу героическую жизнь разными полезными запретами. Именно то, что полезно. В частности, он был соавтором законов об ужесточении правил проведения митингов и о лишении свободы за клевету в Интернете. Он не только взращивал их, он публично защищал их проекты и объяснял, что ограничение прав граждан пойдет им только на пользу.
И вот новость. Литературные произведения, «не выдержавшие испытания временем», должны быть исключены из школьной программы по литературе. Об этом сообщил первый замглавы фракции «Единая Россия» в Госдуме Дмитрий Вяткин в разговоре с ТАСС.
В качестве примера произведения, которое следует исключить из школьной программы, он назвал «Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына.
"Многие факты Александра Исаевича [Солженицына] были пальцесосущими, выдуманными. Историки проверили все факты. Была попытка получить премию за это, за то, что он стирал в грязи свою землю", - заявил депутат. .
Вяткин отмечал необходимость «восстановления исторической справедливости» по отношению к советским произведениям.
Я считаю, что историческая справедливость уже восстановлена этим выступлением Вяткина. Кто такой Солженицын? писатель Есть много писателей. Кто такой Вяткин? Первый заместитель Первых заместителей мало. единственный
Солженицын, как один из многих, даже если бы знал о Вяткине и даже если бы хотел его устранить, ничего не мог с ним сделать. Вяткин, будучи одним из немногих, устраняет Солженицына. Если бы я захотел, мне было бы еще проще уничтожить и тебя, и себя.
Но чтобы было удобнее устранять людей, вычеркнуть из нашей жизни память об архипелаге под названием ГУЛАГ. Архипелаг ГУЛАГ — произведение искусства. Произведение искусства — это частный разговор между вами и Солженицыным, между мной и Солженицыным, между Вяткиным и Солженицыным.
Каждый из нас имеет право судить о произведении, судить о позиции автора. Но ни вы, ни я не можем решить, заслуживает ли тот или иной писатель права воспитывать молодежь. Вяткин есть, даже не педалируя свой художественный вкус. Еще раз подчеркну: он хочет удалить из программы не произведение искусства, а саму память о ГУЛАГе. Он называет это «кровотечением в грязи».
Однажды на совещании офицеров в группе военных специалистов на Кубе с нами выступил генерал-лейтенант, руководитель политической группы. Я не помню точно, как называлась его должность, но будет ясно, если я назову его замполитом или комиссаром. Придя в ярость, он с негодованием разгромил одного из авторов Блокадной книги Алеся Адамовича. «Пацифисты!» — прогремел он с трибуны. "Пацифист", если быть точным, - самое грубое ругательство в устах военного. На уровне "коза" или "шлюха", произнесенный опытным заключенным. Правый генерал ненавидит даже древних, которые первыми произнесли слово «пакс».
При этом не милитаристский генерал, а пацифист Адамович в пятнадцатилетнем возрасте воевал в партизанах против оккупантов.
По своему положению в иерархии Вяткин может считаться штатским генералом и пользуется правом поносить со своей кафедры экс-каторжанина Солженицына, который что-то вымазывает грязью.
Я сказал выше, что каждый из нас имеет право на собственное суждение о любом произведении искусства. Лично я не считаю Солженицына великим писателем. Все для той же художественной стороны. Но для меня неизмерима заслуга Александра Исаевича в том, что он выявил неизвестную большинству советских людей правду о том, что происходило на его стороне. И она навсегда останется с ним, несмотря на старания всей исторически мелкой сошки.
В литературе мы знаем немало писателей, «портящих» (по Вяткину) историю своих стран. Вспомним, например, у американцев - Фенимора Купера и Теодора Драйзера, у чехов - Ярослава Гашека, у немцев - Генриха Манна, Эриха Марию Ремарка, Анну Франк.
Многие понимают долг патриота перед литературой так же, как и Вяткин: уберите из памяти произведения, описывающие темные страницы истории (они есть у всех народов, только в разные исторические периоды), и сама эта история будет привлекательнее. Он может засиять новыми красками, если в популярную литературу ввести произведения, где черный окрашивается солнечно-желтым, а серый — небесно-голубым.
В 2023 году в школьную программу будет включен ряд литературных произведений советских авторов, в том числе «Молодая гвардия» Александра Фадеева и «Горячий снег» Юрия Бондарева.
«Молодую гвардию» я читал еще в школе, и «Горячий снег», конечно, спустя значительное время после ее окончания. Что сказать, работы достойные, хотя и не величайшие шедевры. В той же "Молодой гвардии" не мало исторических нестыковок, главный противник которых - Вяткин. В частности, из идеологических соображений подчеркивается роль Олега Кошевого в противопоставлении действительно почетному командиру военной организации Ивану Туркеничу. В этом нет большой вины Фадеева, но объективно в его книге не только роль начальника штаба Третьякевича принижена, но и человек полностью заклеймен как предатель. Есть и многое другое, не соответствующее исторической правде.
Повторюсь: достойная работа, хотя и не лучше многих других. В нем живут не схемы, а люди. Помню, Сережа Тюленин был мне гораздо ближе, чем Олег, который всячески навязывался. Именно из-за ощущения большей внутренней свободы образа.
Ранее президент России Владимир Путин поддержал идею вернуть в обязательную школьную программу несколько произведений советских классиков, в том числе Александра Фадеева и Константина Симонова.
Я понимаю, почему всем нашим нужно убрать Солженицына и вернуть Фадеева и Симонова. Оговорюсь сразу: будь моя воля, я бы безоговорочно поместил Симонова в школьную программу поэтом, но никак не прозаиком.
Все объясняется ситуацией. Стране нужны люди, жертвующие своей жизнью в особых условиях военной демилитаризации и денацификации. Память о лагерях стране не нужна. Нужно, чтобы в случае необходимости переход к заселению своих пространств воспринимался как новая история.