Белая тщательно отглаженная блузка взмокла от предательски проступающего пота. Липкого, нервного, напрягающего ещё больше. Нитка жемчуга запуталась в распущенных, тщательно выпрямленных волосах. Нужно было вдохнуть поглубже, выкинуть все глупости из головы, задержать дыхание, и переступить… Переступить порог кулис своими сияющими лаком туфельками.
— Выходим! — крикнул ещё раз дирижёр и первым вышел на сцену. Перешёптывания в оркестре прекратились. Цепочка из учеников неуверенно потянулась вслед за ним.
Софья набрала в лёгкие побольше воздуха, как перед прыжком в воду и сделала шаг вперёд. Как и остальные, глядя чётко перед собой, стараясь не задумываться, что есть зал, из которого на них устремлены сотни чужих глаз, прошла на сцену и села за свой пульт. Приготовила ноты, вслушиваясь в царящую на сцене напряжённую тягостную тишину.
Дирижёр поклонился зулу, зашуршали аплодисменты, затем повернулся обратно к оркестру, не сводящему с него округлившихся от страха глаз.
— В конце 1811 года, в эпоху нам достопамятную, жил в своем поместье Ненарадове добрый Гаврила Гаврилович Р. Он славился во всей округе гостеприимством и радушием; соседи поминутно ездили к нему поесть, попить, поиграть по пяти копеек в бостон с его женою, Прасковьей Петровною, а некоторые для того, чтоб поглядеть на дочку их, Марью Гавриловну, стройную, бледную и семнадцатилетнюю девицу. Она считалась богатой невестою, и многие прочили ее за себя или за сыновей. — Вступила сопровождающая их выступление чтица. Взмах дирижёрской палочки… И…
Концерт начался мощными, тяжелыми аккордами духовых инструментов. Удары бубна, мелкая барабанная дробь… По залу будто пронеслась тройка запряженных лошадей, со звенящими маленькими колокольчиками на деревянных дугах. Широкая песня гобоя сменились вальсом. Голос флейты подхватила первая скрипка, запричитав протяжно. Мягко в мелодию влились звуки виолончели — глубинные, бархатные, настойчивые, нежные.
— Поцелуйтесь, — продолжала чтица. — И жена моя обратила ко мне бледное свое лицо. Я хотел было ее поцеловать… Она вскрикнула: «Ай, не он! не он!» и упала без памяти… — Бархатная протяжная мелодия разлилась по залу. — Боже мой, боже мой! Сказала Марья Гавриловна, схватив его руку. Так это были вы! И вы не узнаете меня? — вплетала свой голос в общую мелодию чтица. — Бурмин побледнел… И бросился к её ногам…
После концерта в репетиционной настал праздник.
— Сок и конфеты! На всех! — Дирижёр втащил в кабинет увесистые пакеты, и у дверей мгновенно образовалось столпотворение. Помогая разбирать сладости, ученики засыпали его вопросами: «Когда вы успели?», «Заранее, да?», «Вы сами купили?», «Мы же не сдавали деньги на чаепитие…» Первая скрипка — Катенька Кац, конечно же предложила: «Давайте соберём!». Не обращая на это всё внимания, Соня бережно убрала инструмент в футляр. Вытащила из волос надоевшие заколки, и, накинув кожаную курточку, направилась к выходу, чтобы уйти.
Элла Залужная, бестселлер "МОЯ СКРИПАЧКА" (30)
Читать сначала роман "МОЯ СКРИПАЧКА"
СРАЗУ ВСЯ ИСТОРИЯ ЦЕЛИКОМ БЕЗ ЦЕНЗУРЫ!
Читать историю о жестоком муже-абьюзере "ВМЕСТО НЕЁ"