Глава 1
Ночь. Я открыл глаза, в полном непонимании, что происходит. Ну, знаете, как обычно это бывает: ложишься спать днем, а просыпаешься ночью, не осознавая какой сегодня день. Это ощущение было и у меня, хотя и вызвано было совершенно другим стечением обстоятельств. Я встал и посмотрел на себя в зеркало. «Полнейший ужас…», - подумал я. Хотя это не странно, ведь мое лицо было опухшим, с разбитой губой. Что же произошло?
Воспоминания: Полон печали и разочарования грехов человеческих я решил напиться до беспамятства, поскольку уже не мог терпеть боль, разрывающую меня изнутри. Я пошел в бар, как обычно, в лавку Барри, он продавал мне отменное пиво, но сегодня я решил набраться исключительно виски.
Я сел в такси, которое поймал у дороги и приехал к своему приятелю. Да, мы с Барри знакомы давно, но другом я его не считал, в целом у меня не было друзей, просто он был приятнее всех прочих.
- Здравствуй, Барри
- Как обычно, Вил?
(Да, чуть не забыл, меня зовут Вильям. Странное имя, которое мне дали при рождении, это все мама, она позаботилась о том, чтобы отец не смел давать мне имя…)
- Нет, Барри, налей мне лучшее виски, что у тебя есть
- Что-то случилось?
- Ты же знаешь, личная жизнь остается во мне, Б… (не успев договорить, меня перебивает Барри)
- Да, да, да. А то я не знаю, что ты поцапался со своей невесткой.
Я смотрел на него ужасно печальными глазами, подступил ком к горлу, и я практически не мог дышать, но из-за всех сил старался этого не показывать.
- Ребекка, подмени меня, тут одной заблудшей душе нужно найтись – крикнул Барри, своей помощнице, которую я терпеть не мог, ведь она постоянно жевала жвачку и отвечала так, будто в ее рту месят тесто восемь мексиканских старушек.
Мы отправились к столику номер 4, это был мой любимый столик, достаточно далеко от всех ламп, около окна за массивной колонной. Так что это место идеально подходило для такого интроверта, как я. Как только я сел, Барри пошел в кладовую, чтобы взять виски, но на удивление, вернувшись он принес совсем другое пойло. Пойлом мы называли все, что больше 50%. Он принес настойку, настойку из перца. Вы представьте жгучий алкоголь, который стекает по горлу, обжигая своими 65%, так к этому добавляется еще и жгучий перец, так что через пару рюмок о горле можно было забыть, как о инструменте извлечения звуков.
К сожалению, или счастью, мое состояние было настолько подавленным, что я был готов напиться, лишь бы отвлечься от этого омерзительного состояния. И вот я собираюсь сделать глоток этого, «дивного напитка» - так о нем отозвался Барри; В нос уже бьет смесью перца с бурбоном. Да, отчетливый запах бурбона, видно этот гений смешал виски и свой самогон и настоял на перце. Чудный аромат, согласен, ведь я люблю жгучую еду, в особенности шаверму с добавлением халапеньи. Я делаю первый….
Звонок в дверь
Слишком небрежный звонок, будто ваша рука такая ватная, что вы ее не чувствуете вовсе, и вот второй рукой берете ее и пытаетесь позвонить этой «рукой-макарониной» в звонок, и она у вас соскальзывает. Да, я знаю этот стиль. Раздражающая Ребекка.
«Ух, как же я не хочу сейчас видеть эту физиономию», - подумал я, и решил не открывать дверь.
Но тут же раздался второй звонок, уже с нотками тревоги, что не свойственно Ребекке. Следом был долгий звон, лишь с небольшими остановками.
- Тут что-то не так… Нужно открыть дверь.
Я быстро оделся, подошел к двери и едва я ее открыл, ко мне в дом вваливается зареванная Ребекка с криками. Удивительное состояние девушки, которая 100% своего времени выглядит так, будто ей начхать на весь мир.
- Где мой отец, Вил? Вы вчера ушли вместе, его нет уже вторые сутки. Где он?!
- Подожди, вторые сутки? Но мы пили с ним вчера.
- Вчера? Ничего не попутал? Прошло уже три дня с вашей посиделки в баре.
- Стой, но сегодня 13-ое, пятница...
- «Уууу»,- разочарованно взвыла Ребекка.
Сегодня уже понедельник, дружище.
Я в полном непонимании сажусь на стул своей прихожей и изумленными, широко раскрытыми глазами, смотрю на нее в надежде, что она мне расскажет, что же произошло. Так и вышло, она собиралась только собиралась поведать таинственную для меня историю, что же стало после первой рюмки настойки, но вдруг зазвонил мой телефон и высветилось имя «Б» - так я обычно называл Барри.
Ребекка быстро выхватила у меня телефон и поднесла телефон к уху, крикнув только: «Папа?!». У нее уже накатывали слезы, то ли тоски, то ли радости, что она слышит голос отца, я так до конца и не понял.
