Пока я шла вниз, услышала, что мама уже впустила Пашу и мило болтает с ним.
-Чай будешь? Я пирог испекла, хоть ты поешь. А то Джессика откажется как обычно.
-Конечно, Теть Ань, буду! Игорь Викторович, здравствуйте! – Паша пожал руку моему отцу и пошел на кухню.
-Привет, - кротко сказала я, - ты как?
Паша, влюбленно смотря на меня, приобнял и лишь потом ответил:
-Ну, мне немного грустно, что ты уезжаешь, но я рад провести с тобой время и проводить на рейс, Джесси.
Джесси – так звал меня только Паша, и, несмотря на все мои отговорки, мне нравилось. Его голосом мое имя звучало так мелодично и тепло, что я чувствовала любовь даже без прикосновений. Хотя, в этом был парадокс – грубый голос Паши никак не сочетался с его худощавым телосложением…Он был среднего роста, чуть выше меня, с зелеными, глубоко посаженными глазами и курносым носом. Время от времени он носил очки, когда линзы заканчивались, а Паша, по своей рассеянности, забывал купить их.
-Слушай, я тут кое-что подготовил для тебя, откроешь, когда соскучишься, - мило улыбнувшись, Паша протянул мне подарочный пакет, в котором лежало несколько неаккуратно запакованных в розовую бумагу свертков.
-Оу, а я ничего такого не подготовила...блин, Паш, не ожидала.
-Да ладно тебе, я знаю, что ты бы так не заморачивалась.
Паша снова приобнял меня, и чмокнул щечку. В это время мама уже налила чай и поставила перед нами сливовый пирог, разрезанный на части. Раньше я часто ела сливовый пирог, вместе с бабушкой и дедушкой мы собирали сливы в нашем небольшом саду. Я с удовольствием ждала, когда мама приготовит его, из тех фруктов, что я так тщательно собирала с деревьев.
Сейчас, глядя на пирог, я почувствовала отвращение. Как будто то, что было таким родным, в секунду стало чужим и противным. Хотя, признаться, в мамином рецепте ничего не поменялось, а вот в моем отношении, кажется, было что-то неправильное.
-Джесс, мы с Игорем пока отнесем твои чемоданы в машину.
-Хорошо, мам.
