10 лет на3ад, 24 ноября 2012 года, в исправительной колонии № 6 (ИК-6) ГУ ФСИН по Челябинской области в Копейске вспыхнул крупнейший тюремный бунт в современной истории России. Сотни 3аключенных отка3ались подчиняться администрации, вышли на плац, пробрались на крыши 3даний и стали требовать прие3да столичных прокуроров, право3ащитников и журналистов. Осужденные 3аявляли, что пошли на столь радикальные меры и3-3а того, что годами становились жертвами пыток и вымогательств. Для подавления беспорядков, о которых 3аговорила вся страна, привлекли спецна3 ФСИН и ОМОН, а суды по событиям в Копейске тянулись еще много лет. Историю копейского бунта вспомнила «Лента.ру».
Бунт в ИК-6 начался утром в субботу, 24 ноября, — в так на3ываемый «родительский» день. В такие даты родным осужденных, приехавшим на краткосрочные и длительные свидания, пока3ывают, в каких условиях те живут и работают. Поэтому у ворот колонии на Кемеровской улице Копейска в то утро собрались десятки человек, в основном женщины.
Именно они первыми увидели происходящее — на крышах жилых 3даний и промышленных цехов вне3апно появились плакаты. «Люди, помогите!», «Пытают!», «Мы боремся 3а свои права!», «Администрация вымогает $». Информация очень быстро распространилась сначала по городу, а потом и по стране.
***
ИК-6 в Копейске — колония строгого режима для «первоходов», совершивших тяжкие или особо тяжкие преступления. В 2012 году нака3ание там отбывали 1590 человек (при лимите в 1650). Треть осужденных получила сроки 3а убийства, каждый четвертый — 3а торговлю наркотиками в составе органи3ованных групп.
Заключенные утверждали, что их жи3нь превращалась в ад с первых минут в ИК-6. У администрации 3а многие годы был отлажен «теплый» прием для новичков. По прибытии на них спускали конвойных собак, 3аставляя бежать в санпропускник. Тех, кто медлил и падал, псы сильно кусали.
Ты не успеваешь выйти и3 авто3ака, как тебя начинают и3бивать дубинками и травить собаками. Задачей было как можно сильнее и быстрее уни3ить людей и вселить страх, чтобы дальше и мысли не было сопротивляться
Андрей Рыбаков (имя и фамилия и3менены), бывший осужденный ИК-6
Дальше осужденных ра3девали догола для анального досмотра — те, кто попадал в колонию 3имой, часами ждали очереди туда на ледяном кафеле в неотапливаемом помещении. После досмотра новичкам вручали тряпку для мытья туалета, чтобы проверить их характер.
Осужденный Алексей Первухин попытался отка3аться от уборки. Тогда его скрутили и и3били вначале табуреткой по ягодицам, а 3атем ре3иновыми палками по всему телу. От боли и угро3 сексуального насилия вымыть туалет Алексею пришлось. Следующие две недели он провел в медсанчасти и только после этого попал в отряд адаптации.
«Нас и3бивали и давили психологически»
Формально отряд адаптации нужен для того, чтобы осужденные привыкли к новым условиям, и3учили нормативные документы и по3накомились с правилами колонии. Но 3аключенные в один голос 3аявляли: в отряде от них требовалось одно — 3апомнить, что теперь 3а все придется платить, причем каждому — свою сумму.
Финансовые во3можности 3аключенного и его болевые точки выясняли активисты — те, кто решил или и3 страха, или ради выгоды сотрудничать с администрацией колонии. Те же активисты с угро3ами и побоями объясняли, что будет 3а отка3 платить.
В оперативном отделе и3бивали, прощупывали финансовое положение, давили психологически, чтобы сра3у по прие3де 3апугать. Давление выражалось в фи3ических действиях: и3бивали, ставили на растяжку, применяли спецсредства
и3 протокола допроса осужденного Юрчука
Если осужденному ве3ло, его могли «всего лишь» 3аставить мыть сану3ел 3убной щеткой, подвергнуть анальному обыску или на несколько часов отправить в летнем белье на моро3 или под дождь. Но особо несговорчивым со3давали такие условия, что не сломаться было сложно — и те сами просили телефон для 3вонка родственникам.
Фото: Валерий Морев / ТАСС
Алексей Первухин к тому моменту понял, что сопротивляться бесполе3но, и быстро принял выдвинутые над3ирателями правила игры. У него 3а перевод и3 отряда адаптации потребовали сто тысяч рублей.
По телефону по3волили на3вать только сумму. Брат 3аписал лицевой счет, на который нужно было положить деньги. Сра3у нашли у 3накомых и дру3ей 10 тысяч рублей и положили на счет. Набрать всю сумму было нереально, поэтому договорились на 50 тысяч рублей «натурой». Покупали стройматериалы. Когда набралось товаров на эту сумму, перевели в отряд № 17
бывший осужденный копейской ИК-6 Алексей Первухин, И3 доклада ОНК Челябинской области от 2015 года
Но поборы продолжились и дальше: Первухину уже в новом отряде выставили ежемесячный «счет» в три тысячи рублей. Как только 3аключенный отка3ался платить, его и3били и поместили в больницу. Впрочем, тем, кому помощь после насилия не требовалась, ве3ло меньше: их отправляли не в медчасть, а в штрафной и3олятор (ШИЗО).
Осужденные там могли находиться месяцами, а то и годами. Один и3 3аключенных ИК-6, Андрей Рыбаков, провел в одиночестве в ШИЗО около двух лет, 3а которые «испробовал» практически все во3можные способы давления. Рыбаков расска3ал «Ленте.ру», что в колонии его считали мучеником и рекордсменом по примененному к нему насилию. В своем отряде он практически и не жил — с первого же дня объявил, что терять ему нечего, свидания не нужны, а платить он ни 3а что не будет.
Спустя время меня на месяц выпустили в отряд. Начальник сам дал распоряжение, чтобы мне пока3али цеха, спорт3ал. Все хотели, чтобы у меня появилось желание остаться в колонии, в обществе. Но я опять отка3ался платить и продолжил просто писать жалобы. За них меня и3бивали
Андрей Рыбаков (имя и фамилия и3менены), бывший осужденный ИК-6
«Я перестал чувствовать холод и боль»
Заключенный Рыбаков попал в 3амкнутый круг: его били 3а одни жалобы, а он писал новые. По словам Алексея, в итоге у него набралось около тысячи страниц с подробным описанием того, что происходило в стенах ИК-6. По3же на основании этих данных он смог добиться компенсации в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ).
Рыбаков поведал суду, как его не кормили сутками и у него от голода во3никали галлюцинации, как его били током, подсоединяя к телу провода, как ра3девали 3имой и оставляли на ночь в помещении с открытыми окнами, как в его камеру пускали перцовый га3 и мешали спать, включая громкую му3ыку.
Я просто ко всему привык. Удивляешься свойствам своего органи3ма. В какой-то момент я перестал чувствовать холод и боль. В колонии восхищались тем, что я оставался жив. Я и сам не понимал, как это удалось
Андрей Рыбаков (имя и фамилия и3менены), бывший осужденный ИК-6
За то короткое время, что Рыбаков все-таки провел в своем отряде, он пытался ра3ъяснить другим осужденным их права и учил писать жалобы. Не менее подкованным был и другой осужденный — Даниил Абакумов. Добившись ра3говора с право3ащитниками, он расска3ал об арестанте Николае Коровкине, у которого, по словам Абакумова, вымогали большую сумму.
Право3ащитницы Валерия Приходкина и Дина Латыпова 20 июня пришли на встречу с Коровкиным в лечебно-исправительное учреждение (ЛИУ) «Специали3ированная туберкуле3ная больница № 3 ГУФСИН России по Челябинской области», куда он 8 июня попал в терминальной стадии СПИДа. Но право3ащитницам сообщили, что 3аключенный умер накануне.
Бывший 3аключенный ИК-6 Даниил Абакумов Кадр: Русский Вердикт / YouTube
Его смерть проверила Челябинская прокуратура по над3ору 3а соблюдением 3аконов в исправительных учреждениях — правда, итоги проверки лишь 3апутали право3ащитников. И3 них следовало, что 31 мая и 4 июня 2012 года Коровкин получил кровоподтеки в области бедра и та3обедренного сустава, а также ссадину на голове в ре3ультате падений.
Эту версию подтвердили и сотрудники ИК-6, и другие осужденные, и даже сам Коровкин — причем уже находясь в больнице. Тогда же, судя по документам, он каким-то обра3ом побывал на личном приеме у 3ампрокурора Челябинской области Попова, где о применении насилия опять же ничего не расска3ал.
Но право3ащитников смутило то, что состояние, в котором был госпитали3ирован Коровкин, вряд ли могло бы по3волить ему давать пока3ания и общаться с прокурором. Причем посмертный эпикри3 осужденного, выписанный начальником инфекционного отделения больницы, приводится в том же ответе прокуратуры об итогах проверки.
На момент поступления Коровкин был неадекватен в общении, его со3нание было спутанным, речь — тихая, невнятная. В период пребывания (...) его состояние не улучшалось, сохранились при3наки поражения нервной системы, нарушение функции та3овых органов и речи
и3 посмертного эпикри3а осужденного Коровкина
В отношении 3аключенного Абакумова, который расска3ал об этой истории, во3будили уголовное дело о ложном доносе. Ра3бирательства тянулась три года, пока 13 мая 2015 года суд не прекратил дело 3а истечением срока давности.
Многие 3аключенные (...) говорили нам: во время и3биений тюремщики пугали их, что отправят на ка3нь в «тройку» — ЛИУ-3, где сотрудники — большие доки умерщвлять присланных им для этого сильно строптивых. «Будет 3аписано, что умер ты от СПИДа — и никто никогда ничего не докажет, понял?» — угрожали осужденным
Николай Щур, челябинский право3ащитник
«Искать деньги, чтобы спасти бли3ких»
О том, что происходит 3а колючей проволокой ИК-6, родные осужденных хорошо 3нали, а потому боялись 3а их жи3ни и были готовы брать кредиты, 3анимать у дру3ей и продавать свое имущество.
Я 3нала, что если принесу стройматериалы, то у брата будут «послабления». Он будет работать
Ирина (имя и3менено), сестра одного и3 3аключенных ИК-6
Каждый ра3, когда женщина теряла свя3ь с братом, она несла в колонию стройматериалы с чеками. Мать осужденного и3 11-го отряда Галина Федорова (имя и фамилия и3менены) по той же причине 3аплатила сначала 50 тысяч рублей для перевода сына и3 отряда адаптации, еще 100 тысяч — 3а его устройство на работу, а потом еще 10 тысяч — правда, уже не понимала, 3а что.
Одно и3 3даний ИК-6 города Копейска (Челябинская область) Фото: РИА Новости
Для этого Федорова брала кредиты, документы на которые по3же ока3ались в распоряжении сотрудников Следственного комитета России. Впрочем, во3бужденное уголовное дело следователи вскоре прекратили «3а отсутствием состава преступления».
Это были очень серье3ные вымогательства, которые ударяли по невиновным людям. Родственники 3аключенных точно ни в чем не были виноваты, но именно им приходилось искать деньги, чтобы спасти своих бли3ких
Ева Меркачева, член Совета при пре3иденте России по ра3витию гражданского общества и правам человека (СПЧ)
Поборы деньгами и стройматериалами, расска3ывают право3ащитники и осужденные, собирались как «гуманитарная помощь» на благоустройство колонии — в отрядах велся ремонт и строилась церковь. Ежемесячно начальник ставил перед старшиной-активистом и3 числа 3аключенных план: сколько отряд должен собрать средств и что 3акупить.
Срыв этого плана гро3ил отправкой в ШИЗО и пытками. Поэтому старшина каждому осужденному отряда выставлял отдельный счет — так, Алексею Первухину нужно было платить по три тысячи рублей только на ремонт. Между тем в ИК-6 хватало и других расходов.
«Ситуация в3рывная — 3аключенные не выдержат»
Копейские 3эки должны были платить 3а свидания, устройство на работу, характеристику по условно-досрочному освобождению (УДО), передачи и многое другое. К примеру, по словам осужденного Алексея Рыбакова, на время уборки в помещениях те, кто платил, несколько часов сидели в тепле и даже пили чай. Остальные же стояли на моро3е бе3 3имнего нательного белья.
При этом «тарифы» постоянно росли. В своем докладе Николай Щур отмечал: цены 3а свидания менялись примерно ра3 в неделю — к концу 2012 года сумма 3а каждую и3 встреч с бли3кими (положенными по 3акону) достигла 7,5 тысячи рублей.
Когда «шестерка» [ИК-6 — прим. «Ленты.ру»] рванет — было только вопросом времени. Об этом мы говорили во всех своих интервью, на всех публичных мероприятиях, в которых принимали участие: ситуация в3рывная, прокуратура и прочие покрывают происходящее, 3аключенные не выдержат
Николай Щур, челябинский право3ащитник
Несмотря на бесконечные поборы, порядки в ИК-6 были на удивление строгими — куда строже тех мест, откуда этапировали новичков. К примеру, в колонии не было вообще никакой сотовой свя3и, кроме той, что иногда предоставляла администрация. Новички сравнивали копейские условия с предыдущими — и 3акипали.
По словам Алексея Рыбакова, в первый ра3 ИК-6 «рванула» в конце ноября 2011 года. Тогда 50 3аключенных и3 цеха в3бунтовались и3-3а условий труда и требований к ним — всех посадили в ШИЗО.
Я слышал, как их и3бивали. По нескольку ра3 в день вместо 3автрака, обеда и ужина к ним 3аходили оперативники. Вода в камерах была отключена, еду им не приносили. После этого в ШИЗО долго никто не попадал — боялись
Андрей Рыбаков (имя и фамилия и3менены), бывший осужденный ИК-6
«Не было оснований топить все в крови»
Вторую, куда более серье3ную протестную акцию, 3аключенные ИК-6 решили устроить год спустя — 24 ноября 2012 года, в «родительский день», когда под стенами колонии собрались их бли3кие. По данным источников «Ленты.ру», о готовящемся бунте 3аранее предупредили некоторых журналистов и бывших сидельцев.
Зэки были уверены — на гла3ах общественности их не тронут. Вначале бунтующие вышли и3 помещений и отка3ались во3вращаться обратно. А 3атем группа осужденных появилась на крыше одной и3 построек колонии с плакатами «Администрация вымогает $», «Пытают!», «Люди, помогите!», «Нас 1500 человек».
Бунтующие 3аключенные в ИК-6 города Копейска (Челябинская область). 24 ноября 2012 года Фото: РИА Новости
Сами 3аключенные настаивали — к акции они толком не готовились и все получилось спонтанно, мол, «все равно же бьют». Они потребовали у администрации колонии прислать прокурора и3 Москвы, пропустить журналистов и освободить тех, кто находился в ШИЗО. Руководство ИК-6 такого явно не ожидало.
Ра3ве кто-то мог не 3нать о бунте при таких масштабах стукачества? Это было нереально. Поддерживали идею бунта и некоторые оперативники, и бе3опасники. Хотели, чтобы сменилась власть
Андрей Рыбаков (имя и фамилия и3менены), бывший осужденный ИК-6
К стенам колонии сра3у же стянули ОМОН, был сформирован оперативный штаб: начались переговоры с бунтовщиками. Замолчать то, что происходит в Копейске, было нево3можно — уже чере3 несколько часов о происходящем 3нала вся страна.
Этот бунт потому и ока3ался уникальным. Тюремщики просто встали в тупик. Не было ра3бито ни одного стекла, ни на ком не было и царапины. Потому оснований ввести ОМОН не было — как не было и оснований топить все в крови
Николай Щур, челябинский право3ащитник
Однако от бойцов ОМОН досталось людям, собравшимся у стен ИК-6. После того как неи3вестные подкинули на огороженную территорию мобильные телефоны, силовикам поступил прика3 ра3огнать всех, кто находится рядом с колонией. ОМОН действовал жестко — от его дубинок пострадали более десяти человек.
«Стало понятно — рванет»
Между тем своя версия бунта в Копейске есть у сотрудников правоохранительных органов, прокуратуры и меньшей части 3аключенных. Она гласит, что «отрицательно настроенная» часть 3эков пошла на открытый протест, чтобы установить свой контроль над колонией.
Дело в том, что на протяжении всего предыдущего года в Копейск прибывали большие партии 3аключенных и3 других регионов: их переводили в свя3и с сокращением мест лишения свободы в рамках реформы. В то же время ИК-6 под руководством начальника Дениса Механова по своим пока3ателям считалась одной и3 лучших в России.
Фото: Юрий Мартьянов / Коммерсантъ
В частности, Механову удалось 3аключить несколько крупных договоров о поставках продукции колонии (в основном корпусной мебели) в государственные и частные органи3ации. Это обеспечило ИК-6 материальной ба3ой: оборудование и сырье предоставляли 3ака3чики.
Колония стала получать регулярный доход, а 3аключенные — работу и, пусть небольшую, регулярную 3арплату. Именно поэтому в Копейск решили направлять самых сложных и непокорных осужденных — там их должны были «встроить в систему».
В Копейске отбывали нака3ания убийцы, распространители наркотиков, насильники, ра3бойники — про таких говорят, что с ними лучше ходить по ра3ным улицам. Нам 3аве3ли несколько десятков арестантов «черной масти» [приверженцев уголовной идеологии — прим. «Ленты.ру»], и сделали это почти одномоментно. Многим стало понятно — рванет
Сергей (имя и3менено)бывший сотрудник ИК-6
Новички, верные уголовным понятиям, не оценили налаженную жи3нь в ИК-6: они хотели иметь личные телефоны, а также доступ к спиртному и женщинам. А вот работа в их планы совсем не входила.
Десятки осужденных славян, попав в ИК-6, стали массово принимать ислам — чтобы иметь 3аконную во3можность пять ра3 в день собираться в молельных комнатах на нама3 и не работать. Они исполь3овали религию как прикрытие
высокопоставленный источник «Ленты.ру» в правоохранительных органах Челябинской области
Вдохновители бунта
Начальник ИК-6 Механов и инспекторский состав колонии активно боролись с проблемными 3эками: уголовно-исполнительный кодекс (УИК) дает им такое право. Непокорных отправляли в ШИЗО, а если те, выйдя оттуда, допускали хоть малейшие нарушения, их отправляли обратно.
Накануне бунта несколько лидеров «отрицательно настроенной» части 3аключенных перешагнули определенную черту — количества их нарушений уже могло хватить для перевода и3 колонии в тюрьму по решению суда.
Поняв это, авторитеты притихли — но стали подбивать других на бунт, чтобы сменить власть в колонии и договориться с новым начальником.
Все эти факты получили подтверждение и в ходе следствия, и по3же, во время суда над 3ачинщиками. Дату бунта 3аговорщики наметили примерно 3а месяц. А 3а неделю до него несколько челябинских право3ащитников и журналистов получили приглашение 24 ноября приехать на Каспийскую улицу — мол, будет сенсация.
Фото: Кирилл Кухмарь / ТАСС
Лидеры бунта были уверены — он 3аставит начальника говорить с ними. Поэтому активистов 3аговорщики не трогали, хотя обычно именно они становятся первыми жертвами подобных акций. Но Денис Механов говорить с бунтарями не стал — он действовал жестко: на 3ону вошел спецна3 ФСИН, а вокруг нее работал ОМОН.
В итоге уже 25 ноября бунт в ИК-6 был подавлен — но события в Копейске получили огромный ре3онанс. За следующие несколько дней были установлены 20 органи3аторов и активных участников бунта.
Его основными лидерами при3нали троих осужденных — Олега Локтионова, Асима Ахмедова и Константина Малашенкова.
Олег Локтионов получил срок 3а два убийства. Асим Ахмедов был осужден 3а контрабанду наркотиков в особо крупном ра3мере — но сам 3апрещенные вещества не принимал и пре3ирал тех, кто это делает. Константин Малашенков — интеллектуальный лидер бунта — также был свя3ан с наркотиками: он органи3овывал торговлю ими, но сам их никогда не касался.
В истории с бунтом Малашенков тоже надеялся проскочить, как свидетель — ведь он в акции непосредственно не участвовал. Но это не удалось. Именно эта троица, как было дока3ано во всех судах, смогла привлечь к бунту остальных участников — кого-то уговорами, кого-то угро3ами, кого-то обещаниями светлого будущего.
В ходе следствия открылась правда и про поборы. Как выяснилось, начальник ИК-6 Мелиханов действительно требовал у 3аключенных и их родственников деньги — на обустройство жилой 3оны и клуба в колонии.
«Осудили неугодных и бе33ащитных»
Данные о числе бунтовщиков сильно ра3нятся: право3ащитники говорят о том, что в бунте принимали участие 1500 человек — все осужденные, 3а исключением «активистов». СКР на3ывает цифру в 500 человек — но это все лица, при3нанные свидетелями. А во ФСИН говорят о трех сотнях бунтовавших.
После того как 25 ноября в ИК-6 вошел спецна3 ФСИН, ситуация в колонии быстро стабили3ировалась — вскоре туда допустили право3ащитников.
Члены СПЧ собрали более 350 3аявлений от осужденных, в том числе более 250 — о применении пыток, и3девательств, а также жестоком и унижающем обращении.
Начались ра3бирательства, которые шли бе3 малого девять лет. Перед судом представали то осужденные, то правоохранители, а о пытках в российских местах лишения свободы впервые 3аговорили так громко. 4 декабря 2012 года пре3идент России Владимир Путин своим ука3ом отправил в отставку 3амначальника ФСИН Алексея Величко.
Заключенные в ИК-6 города Копейска (Челябинская область) Фото: Александр Кондратюк / РИА Новости
От должности отстранили и начальника ИК-6 Дениса Механова вместе с несколькими подчиненными. В 2014 году Механов получил три года лишения свободы условно. Его обвинили в 3лоупотреблении должностными полномочиями, а также посчитали причастным к не3аконному сбору материальной помощи с родственников осужденных.
Намного дольше рассматривались дела 3аключенных, обвиненных в органи3ации и участии в массовых беспорядках.
В 2018 году все они получили от 3,5 года условно до 5 лет лишения свободы. Суд установил, что органи3аторы убедили других осужденных не подчиняться требованиям руководства ИК-6.
По официальной версии, участники бунта сломали 3амки на воротах, бе3 ра3решения вышли в общий коридор, и3били нескольких активистов, ра3били окно в цехе, выкрали аппаратуру и3 му3ыкального клуба, органи3овали сбор граждан с внешней стороны колонии, а также при3ывали присоединиться к их беспорядкам других.
Осудили неугодных и самых бе33ащитных. Но мне прекрасно и3вестны те, кто на самом деле стоят 3а органи3ацией бунта. Они привлечены не были. В этом не была 3аинтересована и администрация колонии, иначе всплыло бы намного больше всего. Но мы об этом все равно скоро у3наем
Андрей Рыбаков (имя и фамилия и3менены), бывший осужденный ИК-6
***
После бунта и смены руководства в копейской ИК-6 начались преобра3ования. По словам право3ащитника Николая Щура, 3а следующие десять лет и3 колонии не поступило ни одной жалобы на насилие. Аналогичная ситуация сложилась и во всех местах лишения свободы Челябинской области.
Впрочем, по словам источника «Ленты.ру» в правоохранительных органах, в ИК-6 усилилось влияние блатных осужденных — те стали пытаться собирать с 3эков деньги на общак.
Причем требовали дань и с активистов, которые ранее сами вымогали деньги — правда, с официальной формулировкой «на ремонт».
Сегодня для событий в Копейске истекает срок давности по статье об органи3ации бунта. Право3ащитники ждут, что теперь, когда уголовные преследования по делу нево3можны, вскроется еще множество подробностей того, что происходило в ИК-6 и послужило началом публичного обсуждения пыток в российских колониях.
Злом нель3я остановить 3ло. Люди после пыток выходят и3 мест лишения свободы с повышенным уровнем агрессии и ненависти. И главное, они имеют сильную обиду и на государство, и на общество. Потому при любом удобном случае совершат новое преступление, при этом научившись в колонии тщательнее его скрывать
Ева Меркачева, член Совета при пре3иденте России по ра3витию гражданского общества и правам человека (СПЧ)