Часто приходится летать. Сколько бы не летал, каждый раз волнуюсь, как в первый раз, будто поднимается завеса между тобой и Всевышним, хотя это ощущение должно сопровождать верующего постоянно. Но это про крепких верой.
Впервые осознанно самолет я видел в небе над селом высоко в горах, когда погоняя нескольких ослов загруженных сеном поднимался из глубокого ущелья со стороны хутора держа сей трудный путь в село).
Мне не было еще шести, весь такой чумазый, в каких-то галошах не своего размера, в руках держал березовую ветку, которую я стругал ржавым старым ножом и был счастлив, что где-то откопал его. Со мной двоюродные сестры старше на лет 5-6. Они и были старшими по каравану-поправляли кучу сена прямо на осле, закручивали веревки подгоняли ослов и регулировали движение.
Вдруг одна из сестер начала махать и кричать «самолет, вертолет, дунги яче Хунзахъе». Оказывается эта была такая считалочка среди сельских детей, когда видят самолеты и просят забрать их с собой в Хунзах. Почему именно в Хунзах, я так и не узнал.
С тех пор я всегда провожал самолеты с белой полоской за собой до самого горизонта. Со временем, как начал читать книги, самолёты в небе стали для меня символом другой жизни, который для меня был непостижим, неизведанный мир, о котором я, мальчишка, для которого было счастьем прокататься на кузове ГАЗ 53, не мог и мечтать.
Потом я уже видел другие самолёты, не пассажирские, вряд ли их дети соседней республики провожали трепетным взглядом...
Сейчас у меня есть многое, о чем я даже и представить не мог, ни я ни мои родители. Но всегда хочется больше и больше. И над головой не летают самолёты, кроме пассажирских. Пока не летают. Но они в последние лет 20 или даже 30 летают над головами других.
Научиться бы быть благодарным. Благодарность - не только за состояние здоровья или материальное благополучие. Это внутреннее ощущение богатых духовно. Знаю людей, которые болеют неизлечимой болезнью и только рады этому, потому что болезнь раскрыла им сердца.
Научиться бы...