Воронцова сложила руки на столе. Подняла взгляд на нас.
-А могут быть и противопоказания к инъекциям. Некоторые дети до такой степени боятся уколов... Они дают судорожные припадки, похожие на эпилепсию.
Юлия Алексеевна кинула взгляд в окно, продолжая рассказ.
-И вот тут, если вариантов никаких... Мы однажды со студентами в детском отделении... Участвовали... Ребёнка привезли. Мальчишку. 2 года. Но там не антибиотик вводили... Корь... 41 температура и там надо было капать срочно, потому что он прям горел весь. Настолько высокая была температура.
Голос преподавателя становится серьёзным.
-И так доктора все забегали, а мама его так спокойно говорит: "А ему нельзя уколы делать. Он боится.". В общем, мы его держали вшестером...Представляете?
По группе пролетел смешок, а Макс ткнул меня локтём в бок, шепча.
-Слушай, а как он понял?
Я глянула на него, при поднимая бровь.
-Что понял?
Тот вздохнул, продолжая шептать.
-Ну, как он понял, что ему сейчас будут делать укол? Чего он испугался то?
Я улыбнулась.
-Не знаю... Может инстинкт самосохранения какой-нибудь. Я тоже когда иглу вижу, прям пугаюсь. Помню, лет 5 мне было, нужно укол сделать, а я от матери и под кровать. Минут 30 они меня оттуда вытаскивали.
Максим хохотнул, снова толкая меня в бок.
-Почему я не удивлён?
А Воронцова в этот момент продолжала рассказ.
-...2 года ребёнку. Он выдирается так...Врач говорит: "Я сейчас хлороформ принесу и усыплю его. Ну потому что это не возможно!".
По группе снова прокатился смешок, и все зашептались.
-...Да...Потому что он выдирается... Он же... Он же капельницы все повыдергивает. Он же вены себе повредит, так. Это ужас какой-то! Мы его там и какой-то игрушкой и сказкой... И...
Юлия Алексеевна активно жестикулирует, изображая действия студентов. От чего мы засмеялись.
-Мы его вшестером держали и капельницы втыкали, но он ни в какую. Он их видит-орёт. В результате прибежала реанимационная сестра и принесла с собой две капельницы под коленочки. Поставили ширмочку хирургическую, чтобы он не видел.
Она качает головой, смакуя воспоминания.
-... И вот мои бедные студенты три часа, капая, сменяли друг друга с этим: "ТюТюТюТюТю". Лишь бы он только не понял, что у него что-то там...Такое...Он до такой степени сильный, то есть...
Воронцова разводит руки, показывая размеры ребёнка. От чего мы снова хохочем, перешептываясь друг с другом.
-Вот такая козявка, а выдирается тааак... Как будто я не знаю... Ну, такое тоже бывает. У нас было только два варианта. Либо мы ему всё-таки капельницу делаем, либо он умрёт. А если этой дома делать надо...И каждый раз он вот так вырывается, то тогда лучше уж что? Порошки, сиропчики...
Она смотрит на нас вопросительно. На что Рома тянет руку, задавай вопрос.
-А... А может, дома? Дома он не даёт такую реакцию, а в больнице просто боится?
Мы захохотали. Кирилл, у которого в глазах смешинки, а на лице самое серьёзное выражение, произносит.
-Дома он согласен умереть...
Он не выдержал и захохотал. А я толкнула Макса в бок, тоже хихикая.
-Да...
Юлия Алексеевна улыбнулась, поднимая руки и призывая нас успокоиться.
-На самом деле это все индивидуально, поэтому будьте готовы к таким пациентам. Так, а теперь оценки за карточки...
