Легко представить себе женщину из высших слоёв общества начала 20-го века: бриллианты, жемчуг, изящный крой платья, шляпа...и перья. Много перьев! В первые годы двадцатого века шляпа была самым важным модным аксессуаром — ни одна респектабельная женщина не выходила в течение дня без неё. Птичьи перья были самым желанным украшением широких и дорогих шляп, которые тогда были в моде. Их называли «убийственными дамскими шляпами», ведь многомиллионная перьевая индустрия была построена на почти полностью нерегулируемом забое сотен миллионов птиц по всему миру!
Часто производством таких шляп занимались тоже женщины —итальянские иммигранты. Эта работа приносила им сравнительно высокую заработную плату для неквалифицированных рабочих, но и подвергала их здоровье риску.
Для кого-то такая шляпа была символом благополучия и данью моде, но многие считали её ходячим символом неспособности человека уважать мир природы. Кроме шляпок, женщинам полюбились эгретки или эгреты. Учёные подсчитали, что для производства одного такого украшения требовались перья четырех белых цапель (необходимы были только определённые перья). И этот печальный факт означает, что было убито огромное количество птиц.
В дождливую среду марта 1888 года в лондонских торговых залах прошла рекордная распродажа оперения. Среди многих тысяч перьев райских птиц, колибри, попугаев, чомг и лирохвостов в продаже было 16 000 упаковок перьев белой цапли. Впрочем, есть данные говорящие, что только в 1902 году было продано 1,5 тонны перьев белой цапли, что, по современным оценкам, составляет 200 000 птиц и в 3 раза больше яиц. По другим данным, количество птиц, ежегодно убиваемых охотниками только в одной Флориде, достигало 5 миллионов.
В течение шести месяцев 1911 года четыре фирмы по торговле перьями в Лондоне продали около 223 490 птичьих трупов. «Кровь бесчисленных миллионов убитых птиц на головах женщин, — сказал известный защитник дикой природы Уильям Хорнадей газете New York Times в 1913 году, — они стали бичом для птиц во всем мире». Женское тщеславие и их бездумная, глупая преданность «стилю» – стилю, определяемому в данном случае исключительно коммерческими интересами, – стирают с лица земли наши красивые и интересные виды птиц… Колибри в Бразилии, белые цапли во всем мире, редкие райские птицы, туканы, орлы, кондоры, эму — все они истребляются, чтобы женщины могли украшать свои шляпы».
К 1913 году мода на широкие шляпы ушла, на смену им пришли более узкие, плотно прилегающие фасоны с наклоном, как это видно на фото выше. Хотя использование перьев в моде никогда полностью не исчезнет, новые узкие фасоны головных уборов сигнализировали о смещении женских вкусов в сторону менее богато украшенных головных уборов. Они будут доминировать в женской моде до конца века и даже сегодня, когда ношение шляпок с перьями стало почти диковинкой, предназначенной, пожалуй, только для скачек и королевских свадеб.
В борьбу с жестокостью и безумием, направленными на птиц, включились все слои общества. Немецкая оперная звезда Лилли Леман, использовала свою известность, чтобы привлечь внимание к делу. Автографы из её рук получали только те поклонники, которые лично обещали не носить перья.
Наконец, в 1918 году вступил в силу Закон о перелетных птицах — законодательный акт, положивший конец охоте на птиц, таких как белые цапли, лебеди, орлы и колибри. Кампании Одюбоновского общества в Соединенных Штатах и Королевского общества защиты птиц в Соединенном Королевстве в конечном итоге запретили убийство охраняемых видов птиц.
Общественный спрос сместился на туалеты и аксессуары без перьев, самые известные — одюбонетки, названные в честь американского натуралиста, орнитолога, художника-анималиста и защитника окружающей среды Джона Джеймся Одюбона, который стоял на передовой борьбы за жизнь птиц.