Уполномоченный по правам человека Донецкой Народной Республики (ДНР) Дарья Морозова продолжает публиковать видеозаписи жителей Соледара, которые рассказывают о зверствах украинских неонацистов во время оккупации города. Омбудсмен напомнила, что у военных преступлений – нет срока давности, поэтому каждое свидетельствование потерпевших будет использовано при вынесении приговора «в рамках будущего трибунала».
Так, один из жителей Соледара – шахтер, рассказал, что с самого начала войны, боевики, «под видом россиян», то есть били от виноградников, «с Востока», где россиян еще «далеко-далеко не было», «начали постепенно, не сразу, уничтожать наш город и наши шахты». «Сегодня один дом»... Сначала «разбили исполком», потом «клуб», потом стали «частные дома бить, шахты бить». А затем уже танками, минометами стали обстреливать и многоквартирные дома, «сначала разбивают, а потом фугас туда», чтобы загорелось.
Для чего это делалось? Чтобы «нанести нам испуг, чтобы мы боялись». «Они прямо в лицо нам говорили – хотели русского мира? Получите», при этом показывали на разрушенный дом. И объясняли – раз не эвакуируетесь в сторону Украины, значит ждете русских.
Когда в Соледар вошли бойцы ЧВК «Вагнер», у «нас не было слов»: «У нас были слезы радости. Мы с ними обнимались. Они нами занимались, они нас эвакуировали».
Другой «коренной житель» рассказал, что не эвакуировался с семьей, потому что «не хотели выезжать, тем более на Украину», их там «никто не ждет, то не наше». К тем, кто не эвакуировался, пощады от неонацистов не было, они относились к таким жителям, как к врагу, «…ждете российского миру? Ну будет вам мир, мы вам сделаем, устроим»…
ВФУ размещали свои огневые позиции в жилых домах. Мужчина вместе с женой и детьми прятались в подвале, а над ними «на первом этаже» был установлен миномет, и от каждого выстрела в подвале «осыпалась штукатурка, плиты, вылазила арматура», а в образовавшиеся щели «было видно», как неонацисты туда-сюда из одной комнаты в другую перевозили орудие, для произведения выстрелов.
Он рассказал, когда российские войска освободили Соледар, это был «праздник»: «Они (ЧВК «Вагнер» - Ред.) сразу сказали, что можете не волноваться. Все, мы отсюда уже никуда не уйдем». Отношение наших бойцов было «очень хорошее», «дисциплина жесткая» – «мы им выпить по 50 грамм предложили, сказали – нельзя»: «Спасибо их матерям, что вырастили таких хлопцев».
Одна их жительниц освобожденного Соледара рассказала, что ВФУ били по местам, где было больше всего народу – магазины, улицы, дома, где люди прятались: «Много людей погибло. Были даже такие, которых собирали по кусочкам». Украинские солдаты устраивали свои позиции «в детском садике», «в депо и столовой», в жилых домах и бараках. Все их позиции в итоге разбивали точными ударами уже военнослужащие Вооруженных сил РФ.
А когда начали бомбить по дому, где проживала женщина, «пришли русские солдаты», велели брать с собой только документы и всех эвакуировали.
Другая жительница города со слезами на глазах рассказала, как боевики прикрывались жителями, «как живым щитом». Она пояснила, что дома, из которых жители уехали раньше на территорию Украину, стояли пустыми: «Можно было оттуда стоять и стрелять. Нет. Они находились именно в наших домах, там, где люди. Поэтому я считаю, что это прикрытие просто живым щитом». Она находилась в подвале своего дома, а в жилой его части ВФУшники устроили огневую точку: «Они стреляют. Естественно, ко мне в дом идет прилет. Как можно расценивать по-другому?». Ее, как и других соседей, нашли российские бойцы.
Жители Соледара надеются, что город «очень быстро восстановят», и они туда вернутся.
Все собранные свидетельства жертв киевского режима передаются в СК РФ, выясняются данные боевиков, осуществлявших стрельбу, командиров, отдававших приказы.
Минобороны, ФСБ и СК РФ напоминают – у военных преступлений нет срока давности, каждый украинский каратель будет установлен, найден и понесет наказание.