Давно хотела записать видео, но всё не доходят руки, поэтому отвечаю так. Напомню, что, когда я забрала Серёжу из дома ребёнка в возрасте 1 год и 11 месяцев, под подгузником, в районе копчика, увидела нечто. Это был какой-то красный бугор с отверстием в центре, кожа по направлению к ягодицам была воспалена.
У меня перед глазами возникли картинки из учебника по биологии с ребёнком, который родился с атавизмом - хвостиком. Промелькнула мысль - хвостик отрезали. Но, конечно, я первым делом скинула фотографию юристконсульту дома ребёнка, которая мне передавала Серёжу, с вопросом "Что это?". Она мне перезвонила через время и сказала, что это свищ: "А разве в выписке его нет?". Нет, его нигде нет - ни в выписке, ни в медкарте. Видимо, в "Ёлочке" это считалось не особо важным делом, его не фиксировали и не лечили. Был и был себе.
Я обратилась в республиканскую больницу, а также консультировалась с другими врачами. В последующем, когда мы лежали в Симферопольской центральной районной больнице, нам сделали УЗИ.
Резюме. У Серёжи есть одна особенность, которая может быть у любого человека - у меня, у тебя, читатель. У него врождённый крестцово-копчиковый ход - узкая полость в виде трубки в тканях крестцово-копчиковой зоны, формирующаяся ещё в эмбриональный период. Это такой подкожный ход, с которым можно всю жизнь прожить в мире и согласии и не узнать, что он есть. Если человек ведёт малоподвижный образ жизни и при ряде иных факторов, этот ход может открыться свищом.
Какие иные у Серёжи были факторы, кроме того, что его иммобилизировали в первые 1,5 года жизни. Очень низкий вес. У него была тяжёлая форма дистрофии (белково-энергетическая недостаточность) - он был кожа, да кости. Кроме того, лежачий образ жизни привел к формированию стереотипных движений - он тёр тазом о кровать, что какое-то время продолжалось и дома. Сейчас он так уже не делает.
"Протёр костями, - если просто и быстро объяснить, сказал хирург и добавил. - В случае Серёжи это очень опасная ситуация. Ввиду низкой массы тела и отсутствия подкожно-жировой клетчатки, этот ход расположен близко к позвоночному столбу. Если пропустить инфицирование свища и вовремя не купировать это состояние, инфекция может перейти на позвоночный столб и вызвать энцефалит".
То есть дом ребёнка, в лице начмеда и главврача, ответственных за всё, что там происходит, ходили по лезвию ножа и рисковали здоровьем и жизнью ребёнка. Им крупно повезло, что я забрала Серёжу. У него уже начался воспалительный процесс, что видно по фото. А ещё обратите внимание на синюшный цвет ягодиц. Вот такого цвета была кожа ребёнка, когда он покинул стены "Ёлочки" - синюшно-бледный. Нет, это, конечно, Серёже повезло, им всё равно. Всегда можно отправить ребёнка в критическом состоянии в больницу и сказать, но он же умер в больнице, а не у нас, что они и делают.
Так вот. Когда такой свищ появляется, его иссекают... вместе с копчиком, со слов хирурга. Глубоко суть операции и практики я пока не изучала. Чтобы иссечь таким способом, необходимы ягодицы, а у Серёжи их... нет. Да, Серёжа вышел из дома ребёнка с тяжёлой формой гипотрофии мышц. У него спина и попа были по одной линии. Вместо ягодиц были мешочки под них, как я говорю. Конечно, восстановление мышечного каркаса - это самая сложная часть, особенно когда речь идёт о самых крупных мышцах организма. Ягодицы только-только начали формироваться. С учётом Серёжиного состояния, врач сказал: "Приходите в 10 лет".
Свищ никто специально в больнице не лечил. Хирург сказал просто поддерживать гигиену. Свищ расположен в таком месте, что фекалии, конечно, попадали в него, особенно первые месяцы, пока у малыша восстанавливалась убитая в доме ребёнка пищеварительная система и пока не сформировался стул на регулярной основе. Я же просто промывала его под проточной водой и вот результат. Сравните два фото, они скажут лучше всяких слов.
Прошло два года. Я заметила, что свищ, словно изнутри стал закрываться, как пробкой. Нам же остаётся пока поддерживать гигиену и отслеживать ситуацию.