Даниил Журавлев прокомментировал свое возвращение в «Ак Барс» из системы «Колорадо».
– Когда вы впервые задумались о том, что хотите вернуться в «Ак Барс»?
– Где-то в середине ноября. Месяц сезона в АХЛ прошел, и я начал думать, что хочу вернуться в Казань.
– Что стало триггером?
– Много моментов. Жизненная ситуация заставила вернуться домой. И хоккейная ситуация тоже повлияла.
– В ноябре я общалась с Михаилом Мальцевым, он сказал, что вам тяжело в фарм-клубе, так как вы один русский, английского не знаете. Все так?
– Да, это очень сложно. Язык надо учить. Я занимался с репетиром, готовился, начал даже что-то понимать, но разговаривать все равно сложно. Пока думаешь, что сказать, уже другая ситуация пошла. На льду вообще надо все быстро говорить.
– Было сложно выходить играть и коммуницировать с партнерами?
– Да, в некоторых ситуациях было тяжело. Взять заготовки на вбрасываниях: тебе что-то говорят, а ты не понимаешь, что делать. В начале сезона вот так было. Потом уже освоился. Мне начали говорить по одному ключевому слову, чтобы я понимал.
– Не язык стал главной причиной возвращения?
– Язык, может быть, тоже. Много причин…
– Вы же поехали с женой, маленьким ребенком.
– Да, жена, маленький ребенок. Были трудности. Мы решили вернуться в Россию.
– Когда вы ехали, не думали, что будут проблемы из-за языкового барьера?
– Я потихоньку сам учил слова, занимался с репетиром. Но все равно, когда приезжаешь, то понимаешь, что всегда этого недостаточно. Они разговаривают очень быстро, соединяют слова, порой вообще ничего не понятно. Пока вслушиваешься и поймешь, на другую тему начнут говорить, – сказал защитник «Ак Барса».
