- И как она сыночка с таким отцом одного отпустила в Хургаду? - шептались кумушки на этом египетском курорте. Наши кумушки проникают везде, и на заграничные курорты тоже.
Отец, смело прилетевший на отдых с четырёхлетним сыном один, был высоким, здоровым и раскованным. Шахтер из небольшого северного городка с полными карманами денег, он шумно радовался всем, впервые ему открывшимся прелестям "всё включено", заставляя и сына, маленького, худенького, скованного мальчика, проявлять повышенные эмоции.
Эта парочка появлялась на пляже ближе к времени "пекла", хотя малышу лучше было бы уже играть в отельном "бэби-центре" в тенёчке. Отец шумно с разбегу бросался в воду, шокируя скрытых одеждой египетских матрон, которые кучками стояли по пояс в воде, намокая вместе со своими юбками. Женщины хватали за руки детей, резвящихся вокруг, и прижимали их к себе, оберегая. А этот отец орал на весь пляж, зазывая сына в воду. Он хотел научить его плавать, избрав методику "затаскивания на глубину".
Мальчик, понимающий коварный замысел отца, ни за что в воду идти не хотел, копаясь в песочке и время от времени бегая к шатру за мороженым.
Отец уплывал далеко к буйкам и уже оттуда орал сыну, что здесь много цветных рыбок, предлагая доставить его туда на спине. Мальчик отрицательно мотал головой и отбегал от воды, делая вид, что заинтересовался чем-то подальше от прибоя.
На обед мальчик есть ничего не желал, бесконтрольно насытившись мороженым, а отец громогласно на весь ресторан увещевал его, громко комментируя каждое блюдо, многие из которых лично ему пришлись тоже не по вкусу. Еда, конечно, в этом 4-х звёздочном отеле была не очень, но что-то выбрать было можно. Так они оба и копались в лотках с блюдами, выставленными на стойке, доказывая раздатчикам, что "такое остро-кислое есть нельзя".
К чести этого отца надо сказать, что он не оставлял ребёнка одного и не позволял себе каких-то левых приключений. Шумно отвеселясь в течение дня (танцевал "арам-зам-зам"!), прорадуясь за двоих, отец укладывал мальчика спать и только потом начинал долгое бдение в баре (иногда до глубокой ночи) со смешиванием напитков, с неизменной фразой египетских курортов "ноу айс". Днём он тоже потихоньку попивал в барах, но держался, соблюдая себя ради сына, находясь лишь немного навеселе.
Мальчик вполне сносил закидоны отца, как-то притерпевшись к нему, и даже не заболел животом от мороженого, которое было не "ноу айс", и даже почти не обгорел, хотя все время торчал в самую жару на пляже. Но вот когда отец решил окучить все экскурсии этого курорта (известно, как они долги и трудны!), ребёнку пришлось туго.
Мы потеряли эту парочку из виду на несколько дней, а потом они появились снова на пляже, увешанные диковинными приобретениями для пляжного отдыха. Отец на экскурсиях во всех туристических мекках скупал всё, что видел, всё, на что только падал взгляд сына, стараясь изо всех сил порадовать ребёнка. Мальчик, нагруженный подарками, вяло тащился за отцом по дорожке, ведущей на пляж, и канючил "вернуться в номер". Отец громогласно доказывал ему, что неделю ездили по экскурсиям и пропустили море, а оно здесь удивительно лечебное, то есть надо плавать и все болезни пройдут.
Ребёнок безропотно сел на песок под тентом, не желая греться на "полезном солнце", и безучастно стал наблюдать за заплывами отца. Видимо, силы для отдыха такого масштаба у мальчика были на исходе.
Желая по полной добрать упущенное море, отец не повёл сына на обед в ресторан, накормив пиццей в пляжном баре. Мальчик весь день просидел в тенёчке, отходя от "жарких" экскурсий. Мужчина же жарился на солнышке по полной программе, перемежая загорание с заплывами до буйков до самого вечера.
Когда солнце стало садиться, отец затеял игру в "нильского крокодила", который вылезал с рыком из моря (это был, конечно, сам отец) и утягивал бедного мальчика в воду. Таким образом он хотел увлечь ребёнка в полезную морскую воду, чтобы немного подбодрить.
Неблагодарный мальчик бодриться не желал!
Через два дня их путёвка закончилась, и они улетели в Россию: наконец-то обратно к маме!
