Вот так, читаешь книгу середины прошлого века, ужасаешься бесправному положению женщин, трагичности и безвыходности описанных ситуаций. А потом смотришь вокруг, оценивая настоящее время, и понимаешь, что ничего в сущности не поменялось. Нет, у женщин сейчас гораздо больше прав, и голосовать мы можем, и карьеру строить. Вот только слово "насилие" до сих пор не исчезло из нашего словаря. Наоборот, у него появляются новомодные синонимы, типа абьюз, а само понятие объясняется, классифицируется...
Давайте вместе посмотрим на пример абьюзивных отношений между отцом и дочерью, описанный в романе Джорджа Оруэлла "Дочь священника".
"Дочь священника" (1934 г.) - первый роман Джорджа Оруэлла, совсем не похожий на саркастический "Скотный двор" и мрачную антиутопию "1984"...
Героиня романа - дочь священника Дороти, глубоко верующая и ведущая праведный образ жизни, - в результате несчастного случая теряет память и напрочь забывает о своей вере в Бога. Дороти становится мелкой мошенницей и прибивается к банде бродяг. Через какое-то время память возвращается к ней, но не вера...
Ну, про веру чуть позже. А сначала скажу про "праведный образ жизни". Дороти - типичная жертва. Тиранит ее собственный отец - священник. Нет, он, конечно, не применяет к ней физических наказаний (их, Дороти придумывает себе сама - все эти уколы булавкой, отказ от еды и т.п.), он не проявляет открытую агрессию в ее адрес.
Но он 100% абьюзер.
Потому что, во-первых, его манипуляции направлены против человека более слабого и находящегося в зависимости от него. Во-вторых, его манипуляции носят регулярный характер. В-третьих, он совершенно не уважает интересы своей дочери, пренебрегает ее личными границами.
Психологи выделяют несколько видов абьюза. Впрочем, разделяются они только для того, чтобы пояснить все аспекты унижения абьюзером другого человека, на практике же они прекрасно совмещаются. В романе, кстати, тоже:
Экономический абьюз - ситуация при которой жертва, находящаяся в финансовой зависимости от агрессора, терпит унижения с его стороны.
Словно не понимая, что торговцы хотят иногда покрывать свои кредиты и что всякий дом требует содержания, он отпускал Дороти восемнадцать фунтов в месяц на все расходы по хозяйству, включая жалованье Эллен, но был весьма "внимательным" насчет еды, чутко улавливая малейшее ухудшение ее качества.
Психологический абьюз - это подавление воли, обесценивание личности другого человека, разрушение его самооценки. Здесь агрессор бывает очень искусен. Мелкими едкими комментариями, чередуя их с проявлениями заботы, или маскируя под проявления заботы, он добивается того, что жертва чувствует вину буквально за все.
-Пойми, пожалуйста, через неделю нам просто не на что будет существовать. Я даже не знаю, где взять мяса сегодня на обед.
-Ленч, Дороти, ленч! - поправил Ректор с некоторым раздражением. - Я настоятельно просил бы тебя оставить вульгарную привычку называть ленч "обедом"...
Дороти очень внимательно прислушивалась к замечаниям отца и всегда говорила "ленч", когда вовремя вспоминала о правильном названии.
Физический абьюз - как я ранее отметила, физических наказаний Ректор к своей дочери не применял. Но разве не насилие заставлять ее каждый день вставать раньше него (и раньше домашней прислуги!), чтобы согреть ему воды для утреннего умывания (чем при этом умывается сама Дороти, отца никогда не заботило)? Разве не насилие заставлять ее в любую погоду объезжать на велосипеде его прихожан, а потом выговаривать за опоздание к обеду на несколько минут? Разве не насилие оставить дочь в беде, только потому что очень зол на нее? Демонстрируя при этом праведный гнев:
Девушка, исчезнувшая из дома, забыв даже про завтрак для отца, способна на что угодно.
Сексуальный абьюз - конечно, никаких сексуальных домогательств отца к дочери в романе нет. Но не отношения ли священника с его женой сформировали у их дочери фобию перед близостью между мужчиной и женщиной? Что за сцены разворачивались на ее глазах не объясняется, но сила ее страха говорит о том ,что травма была нанесена серьезная:
Непобедимый сексуальный страх казался Дороти естественным и неизбежным, хотя она в общем-то знала, где его исток. Поныне ясно, четко помнились сцены кошмарных отношений отца и матери - сцены, происходившие при ней, когда ей было не больше девяти.
Манипулирование собственными детьми - это самая нечестная форма манипуляции. Если против открытой агрессии ребенок еще может взбунтовать, то пассивная агрессия (печаль, демонстративное недовольство в тот момент, когда ребенок не оправдывает ожиданий), не оставляет ему шансов отстоять свои права. У ребенка просто нет еще инструментов, опыта, осмысленности, чтобы распознать манипуляцию. Поэтому с ранних лет в нем поселяется чувство вины, чувство собственной неполноценности.
Ну что ж, про взаимоотношения в "праведном" семействе мы поговорили. Давайте вскользь и вопросов веры коснёмся. Мне кажется, хотя я могу ошибаться, что между отношениями дочери и отца и отношениями верующего и Бога прослеживается явная параллель. Бог, как деспотичный отец, в романе низвергается с пьедестала. Финальные страницы романа ставят вопрос, чем заполнить образовавшуюся после отказа от веры в Бога пустоту:
Верования меняются, понятия меняются, но неизменна некая сокровенная часть души. Вера уходит, но нужда в вере остается.
Мне повезло, что недавно я прочитала "Искусство любить" Эриха Фромма. Потому что ответ, предложенный им, вполне успокоил мой встревоженный ум:
Эволюция человеческой расы привела к переходу от "материнских" религий к "отцовским".
Сначала человек чувствовал свою тотальную зависимость от Бога, его воли, как ребенок зависит от матери в первый период своей жизни. Позднее Бог предстал в роли отца, то есть того, чью любовь и благосклонность можно заслужить "правильным" поведением. Но и это представление надо оставить, чтобы перейти на следующую ступень осознанности. Бог - не мать и не отец. Бог - это символ любви, истины, красоты.
Любить Бога... значит достичь максимума своей способности воплотить то, чем в тебе является Бог.
Не нужно угождать абстрактному Богу. Надо дать возможность своей душе проявить то, на что она способна. Дороти вплотную подошла к тому же выводу:
Вера и неверие очень похожи друг на друга, если ты занят близким, нужным тебе делом.
Этот роман читала довольно долго. Но книгой осталась довольна. Она подходит для неторопливого чтения. Дает материал для размышлений и осознаний. Поэтому могу ее смело рекомендовать.